— Так почему ты приехала в участок?

— Я уже говорила, мне Исмагил позвонил…

Рустам повернулся и кивнул на телефон в своей руке:

— Я посмотрел звонки, ты первая позвонила и сообщение оставила: «Как дела?» Ну, Иса тебе рассказал, как дела, подумаешь… Так почему ты приехала в участок?

— Это моя работа — законы. Я хоть и не в этой сфере права специализируюсь, но знаю, что при задержании несовершеннолетних очень строгие процессуальные правила. Вот и подумала…

— Ясно-понятно, — поза Рустама напоминала о его армейском прошлом: руки за спину, ноги расставлены, плечи широко развёрнуты… и взгляд, как на допросе. — И почём нынче услуги адвоката? Сколько я тебе должен?

— Рустам! — Галина выпалила это на эмоциях, метнулась таки к выходу, но Рустам словно предвидел её реакцию и схватил за руку.

— Ну что же ты, Галя, постоянно бежишь? Вы же, юристы, мастера лясы точить, так давай поговорим по-человечески.

— Пусти!

— Не пущу.

Галина начинала злиться, и это ощущение было странным, ведь оно не давало «плыть по течению», побуждая действовать и настаивать на своём. Нахмурившись, она посмотрела Рустаму в лицо, но не смогла «прочесть».

— Ата, мы с Исой в магазин, — донёсся голос Дэна из прихожей, — тот, что побольше.

Входная дверь громко хлопнула, и Рустам широко ухмыльнулся:

— Балбесы… Типа, оставили наедине. Теперь точно к чаю ничего не будет…

Он всё ещё держал Галю за запястье, но хватка уже не была жёсткой. Дёрни она руку — освободилась бы, она это понимала. Выбор был, но…

Рустам словно сканировал её лицо, и она с ужасом поняла, что заливается краской.

— Пусти, пожалуйста, — тихо попросила она.

— Не хочется, веришь? — Рустам смотрел на Галину строго, но не двигался ни на миллиметр. Большим пальцем погладил там, где частый пульс выдавал её с потрохами. — Не сбежишь? Ты же не боишься меня, нет?

Галина отрицательно мотнула головой, Рустам отпустил её, и она тут же прижала кисть к груди, накрыв сверху другой рукой.

— А вот и зря. Чужих мужиков нужно бояться, Галя, — припечатал Рустам. Он достал из шкафчика две большие кружки и кивком головы предложил Гале сесть за стол. — А раз не боишься, знать, не такой уж и чужой, да?

Ответа не последовало. Рустам нашёл заварку, щедро сыпанул её в заварочный чайник, залил кипятком и, водрузив всё это на стол, уселся напротив Галины и продолжил:

— М-да… Так и придётся из тебя клещами слова тащить? Ладно, давай ещё раз: ты почему в участок приехала?

— Помочь хотела. Представила, что моего сына так забрали, и…

— Спасибо тебе, Галя. Я бы с тобой в разведку пошёл. Даже на Дэна впечатление произвела, — Галине показалось, что он на мгновение запнулся, — и на меня.

Галина улыбнулась, а руки по привычке стали разглаживать ткань юбки на коленях.

— Да это мелочь, немного уверенности и навык, приобретённый с годами — правильно себя подать — только и всего. В какой-то мере, любой конфликт, в том числе и правовой — это поединок фактов, красноречия и воли.

— Давай договоримся, Галя. Со мной — без цирка. Ты мне настоящая нравишься, ты же это понимаешь?

Она думала об этом. Надеялась. Понимала ли? — Нет. Поэтому и смотрела сейчас на Рустама так, что тот отодвинул кружки в сторону и облокотился на стол, оказавшись вдруг очень близко.

— Вот как ты умеешь так, Галя? С полицией на ать-два, а сейчас снова язык проглотила. И как мне понять, чего ты сама от меня ждёшь? Уж не дети, чтоб в кошки-мышки играть...

— Ты… Мне… Мне и правда сложно… Но я хотела бы…

Трель её телефона из прихожей заставила Галину вздрогнуть. Эта музыка означала звонок лишь от одного человека — её дочери. Последний раз та звонила ей сама… Галине и вспомнить не могла, когда именно. Сердце зашлось волнением. Рустам ждал её ответа, но в этот раз выбор был очевидным: ей просто необходимо узнать, почему звонит Ася.

— Извини, — сказала Галина, вставая и направляясь на поиски своей сумки, — это от дочери, она звонит, только если что-то срочное… Боже, да где же этот телефон?!

Сотовый отыскался в кармане пальто.

— Алло, Ася? Что-то случилось?

— Мам, я с Сашкой разговаривала, — голос дочери звенел, ничем не напоминая спокойный разговор утром.— Это что, правда, что у тебя мужик появился?!

Галина подняла голову. В дверях кухни Рустам скрестил руки на груди, всем своим видом демонстрируя ожидание.