Пожал руку, медленно встал и ушел не оглядываясь, напомнив всем о скорой смене вахтенных…

– Она же мухлюет! – вдруг раздался высокий, мальчишеский голос. Родик. Партия с ним заняла у меня всего десять минут, я давно уже не побеждала так убедительно. Классический «мат дурака»: три хода и черные побеждают.

– Вы что, все ослепли? Капитан ей подсказывает! Конечно, по личной связи. А вы все уши развели, как полнейшие идиоты, и верите!

За моей спиной тут же сгустилась свирепая туча. Не оборачиваясь, я откинулась на Макара, прикоснулась пальцами к окаменевшему колену и улыбнулась им всем.

– Да, действительно у меня есть серьезное преимущество перед всеми противниками – главное не показать им и тени страха. – Нет, у меня и капитана нет чип-связи. В моем случае вживление любых электронных носителей исключено.

– А как тогда? – все еще из-за спины прозвучало.

– Родий, вышел вперед, встал перед психологом и спрашивать по уставу! – рыкнул мой капитан, явно с трудом справляясь с эмоциями.

– Я просто вас чувствую, – быстро ответила, не дожидаясь демонстрации владения имперским уставом. – Это отлично подсказывает.

– Светлых мыслей, психолог Аверина. Разрешите задать свой вопрос? – Родик все-таки выполз из-за спины и насупившись, возвышался теперь над моей головой.

Молча кивнула.

– А мысли вы тоже читаете? – под мрачным взглядом Аверина он как-то даже весь сжался.

– Можете обращаться ко мне просто по имени, Нэрис. И нет, пока нет.

– Капитан Аверин, разреши обратиться? —прямо-таки издевательским голосом прозвучала реплика незримо присутствующего Петровича. – Кажется, твоя очередь сесть за одну доску с психологом. С момента начала всей экспедиции ты не проиграл еще никому и ни разу…

– Нет! – быстро ответили мы, хорошо прозвучавшим дуэтом. Слаженно так голоса наложились, красиво.

– Эту партию мы сыграем в другой обстановке, – рыкнул Рик, – и без свидетелей.

– Боишься ей проиграть? – придушила бы я Петровича.

– Опасаюсь оставить фрегат без ИскИна. – Снова рыкнул в ответ капитан.

– Партии молодоженов играются только на приз – зачем-то я ляпнула полную глупость, за спиной ощущая вдруг подпрыгнувшее сердце Макара.

– Так, капитан… – прозвучал за спиной голос Яхо. – А к кому обращаться за успокоительным? Док арестован, а нам все труднее… смотреть. Да и слушать.

– Никаких больше медикаментов, – улыбнулся ехидно Аверин. – Всех желающих успокоиться жду в спортзале. Тому, кто уложит меня на лопатки, я лично выпишу… успокоительное. Самое лучшее и эффективное. Без побочки.

Громкий вздох был ему ясным ответом…

Возвращение в апартаменты заняло времени куда меньше, чем выход из них. Короткий шурф лифта и мы уже перед входом, Рик осторожно, но очень настойчиво подтолкнул меня строго вперед и с тихим шипением двери за нами закрылись.

– Ты же понимаешь, что играешь с огнем? – прозвучало рычание сзади.

– Назови свою ставку в игре, – я его не боялась совсем.

Напротив. Те новые чувства, что он так боялся обрушить на мою бедную голову притягивали, завораживали, манили.

– Если ты проиграешь, то с этого дня каждый вечер принимаешь душ вместе со мной. – И еще уточнил, отсекая пути к отступлению: – Абсолютно раздетой.

Ого… Ничего себе искушение. Сразу же расхотелось выигрывать.

– А если ты проиграешь, то с этого дня спишь в своей каюте.

Подмывало добавить: «один», но я почему-то не стала. И Рик очень чутко поймал эту паузу, усмехнувшись лукаво. Вот такие они, эти интеллектуальные игры.

– У меня вахта, вернусь к ужину, не скучай. – Он вдруг резко меня притянул, носом уткнувшись в затылок, и вдохнул глубоко. – Постарайся пока не особенно выходить из каюты, мне почему-то тревожно.

– Я…

– Боув! – раздалось звучное. Наш чуткий сторож проснулся и виновато помахивая хвостом потягивался у порога.

– Горыныча оставляю тебе – тут же нашелся Макар и коротко поцеловав меня в шею, сбежал.

– Ну здравствуй, обжора. Что успел натворить?

– Вауф!

Ясно. Надеюсь, каюта еще не разрушена.

Обычная вахта. Поверки систем. Штатный опрос главного двигателя, проверка технической чистоты на всех палубах. В разгар трудового порыва Макар даже выволок пару ядроидов для осмотра всех дронов и лукса. Он методично и очень внимательно прошерстил весь арсенал, от личных плазеров до мегапушек, придрался даже к чистоте личной посуды на камбузе, влез в каждый каютный гальюн. К концу своего боевого дежурства капитан заслужил полное право сидеть в своем кресле, висящем над полом в центральном и лениво поглядывать на гало-мониторы.