— Я не знаю, — признался Джарлакс.

— Именно, — сказала Кэтти-бри. — Глупцы.

— Если король Бренор призовет своих союзников и присоединится к нам… — начал Джарлакс.

— Но он этого не сделает, и ты знаешь, что он этого не сделает! — отвергла эту мысль Кэтти-Бри.

— Значит не сделает, — решительно вставил Дзирт. — Но мы обязаны попытаться освободиться от Ллос. Это мой дом, был моим домом.

— Он никогда им не был, по твоим собственным словам, — напомнила Кэтти-Бри.

— Но должен был, — сказал Дзирт. — И должен быть для всех дроу, находящихся там сейчас, особенно для молодых и всех, кто родится в ближайшие годы. — Он беспомощно пожал плечами. Он долго боролся с этим решением. Действительно ли это была его битва? Было ли это его делом — броситься обратно в город, который он так давно оставил позади, возвращаясь лишь пару раз, когда обстоятельства вынуждали его действовать, и после этого бежать из этого места так быстро, как только он мог?

Теперь гражданская война разгоралась в полную силу, фанатики Ллос против тех дроу, которые отчаянно пытались сбросить оковы ее тирании — как это сделал Дзирт. Он, конечно, не мог отрицать, что был вдохновителем этой войны.

Но делало ли это нынешнюю войну его ответственностью?

— Громф сделал свой выбор, когда возродил магию Главной башни, чтобы дать нам силу здесь, в Гаунтлгриме, — спорил Джарлакс с Кэтти-Бри, когда Дзирт снова подключился к разговору. — Это было ересью для Ллос, чьи служанки ясно дали ему понять, что нужно закрыть Гаунтлгриму доступ к магии. Он ослушался, и поэтому король Бренор и его подданные выжили. Громф сделал это. Ллос не забывает и не прощает тех, кто не повинуется.

— Значит, он присоединится к битве только потому, что, если Бэнры проиграют, он знает, что наверняка будет навечно обречен? — Кэтти-Бри усмехнулась.

— Ну…

— Если бы Громф остался в Каллиде, вне какого-либо влияния в Мензоберранзане, тогда, вероятно, он прожил бы свою жизнь в мире, вдали от политики Города Пауков и любой мести, которую Ллос или ее жрицы, возможно, подумали бы осуществить. — сказал Дзирт. — Дроу Мензоберранзана веками склонялись в страхе перед Ллос, и именно это привело нас к нынешнему кризису. Не больше и не меньше.

— Я знаю одного, кто не съежился от страха, и кто ушел, полностью осознавая, что его бегство из города так далеко в Подземье, несомненно, будет означать конец его жизни, — сказал Джарлакс. — И все же он сидит здесь.

— Свободен и готов вернуться, — добавила Кэтти-Бри, пристально глядя на своего мужа.

— Я должен, — одними губами прошептал ей Дзирт.

Она и глазом не моргнула.

— Что с Бреган Д'Эрт? — Спросил Дзирт лидера наемников. — Ты удерживаешь Лускан, ты правишь Лусканом, и стабильность тамошних людей зависит от твоей банды. Вы все уезжаете воевать в Мензоберранзан?

Джарлакс, казалось, не был уверен в своем ответе, но в конце концов покачал головой.

— Ценность Бреган Д'Эрт для дела будет больше за пределами города. Король Бренор предложил припасы, я надеюсь, по ходу битвы их станет больше, но Бреган Д'Эрт должна действовать, чтобы поддержать войско, найти другие источники, чтобы предоставить нам магическое оружие и предметы первой необходимости. Бениаго зарекомендовал себя умным и компетентным. Он продолжит руководить в Лускане и во всем регионе, и большая часть моих людей будет работать в этом направлении.

— Кто же тогда остается? Ты, Киммуриэль и сколько еще людей отправится в город?

— По крайней мере, небольшой отряд, возможно, больше, не считая тех агентов, которые у меня уже есть в Городе Пауков. И, очевидно, наша вера в то, что Громф решит присоединиться, подтвердилась. Я ожидаю отчетов от Браелина Дженкуэея, который находится в Мензоберранзане, в течение десяти дней, и я использую это, чтобы убедить верховного мага, если его все еще нужно убеждать. — Говоря это, он посмотрел на Кэтти-Бри, затем многозначительно добавил:

— Пенелопа Гарпелл сама свяжется с Браелином. Хорошо, что у нас есть такая большая поддержка среди наземных сообществ.

Кэтти-Бри усмехнулась, но ничего не ответила.

— Я желаю тебе удачи в твоих предстоящих битвах, — сказал Джарлакс Дзирту, лукаво взглянув на сердитую Кэтти-Бри, когда он поднялся, чтобы уйти. — Я вернусь в Гаунтлгрим, и этим же вечером мы будем в туннелях верхнего Подземья.

— Осмелюсь предположить, что сегодня вечером это может быть более безопасное место, — сказал он с ухмылкой на лице.

Дзирт не сводил глаз со своей жены, когда ответил: «Я буду там».

Джарлакс направился к двери, но Кэтти-Бри вскочила со стула и перехватила его, заключив в объятия. — Я чувствую, что это прощание, — сказала она тихо, ее грубый дворфский акцент исчез. — Прощай навсегда.

Явно тронутый моментом, Джарлакс, казалось, не находил слов.

— Мы пережили на севере великое приключение, — сказала Кэтти-Бри. — И оно, возможно определит будущее для меня и моей дочери, для Закнафейна и для многих других на долгие годы вперед. Я благодарю тебя за это.