Когда комнату в гостинице подготовили, он сам отнес Эби в кровать, сам ее раздел, сам приготовил ей ванную и аккуратно обмыл ее такое маленькое и соблазнительное тело. В его руках она смотрелась куколкой тончайшей работы, а бледность на щеках придавала еще большее сходство с игрушкой.

Дыхание даркана сбилось, когда она предстала перед ним в своей естественной красоте — тонкая талия, длинные стройные ножки, тонкая шея, аккуратная округлая грудь, которая как раз помешалась в его ладонь, красивая попка с маленькими впадинками возле крестцовой косточки, нежная и гладкая кожа, словно драгоценный шелк.

В этот момент он вдруг осознал, как его тянет к этой девушке, что она вдруг стала ему так нужна, как умирающему в пустыне нужна вода, а замерзающему в ледяной пустоши — жаркий огонь.

Даркан завернул свою драгоценную ношу в теплый махровый халат и уложил на кровать, укутав ее дополнительно одеялом, сам же улегся рядом, притянув этот мягкий кокон к себе вплотную, и вдыхая аромат ее волос.

Все в его расе были уверены, что чувства — это слабость, что сила уйдет, если сердце даркана вновь начнет биться. Но сейчас он понимал, что как только его сердце сделало первый удар — он обрел истинную силу, стал намного сильнее, чем был прежде, что все, что ему твердили остальные — ложь. Неужели они и вправду верили во все это? Или кто-то специально сделал так, что дарканы перестали чувствовать? Кто-то хотел, чтобы они исчезли, как вид, и этот мир погиб?

За этими мыслями он и сам не заметил, как уснул, прислушиваясь к тихому сопению своей жены.

На утро он почувствовал, что она проснулась. И его глаза наткнулись на ее испуганный взгляд. В этот момент даркан почувствовал острую боль, как будто в сердце резко вонзили иглу. Его маленькая жена все равно боится его, несмотря на клятву и его слово не причинять ей никакого вреда. Ему нужно дать ей понять, что не стоит этого делать, но как — он не знал, а спросить у кого бы то ни было даркан попросту не мог. Если кто-то прознает о том, что его сердце ожило — на них начнется настоящая охота.

Андрас оставил ее в ванной, а сам привел себя в порядок и отправился вниз за завтраком, Эби необходимо немного поесть прежде, чем они отправятся в путь.

Ожидаемо, она была очень голодна, но позволить ей наесться сейчас он не мог — это могло плохо для нее закончиться.

Сегодня даркан решил не усыплять ее — и так она провела три дня в забытьи, но беспокойство за нее не отпускало его весь день. В один момент ему показалось, что с Эби не все в порядке. Андрас ворвался в карету и увидел, что девушка действительно плохо себя чувствует, и, несмотря на ее слабые возражения, ему пришлось снова погрузить ее в сон.

Выбора нет, придется всю дорогу провести именно так — иначе это могло отразиться на здоровье его жены. А когда на горизонте показались шпили его замка, даркан даже вздохнул с облегчением — наконец-то они на своей земле.

Андрас спрыгнул со своего коня, когда они въехали во двор замка и сам открыл дверцу кареты, подавая ей руку. Девушка в этот раз не стала неуверенно жаться от него в сторону, а смело вложила свою ручку и вышла наружу, встав рядом с ним.

Сердце даркана усилило свой бег. Странно, но ему вдруг стало важно ее мнение о его доме — понравится ли ей здесь? И по ее восторженному взгляду Андрас понял, что да — вид его родового замка впечатлил Эби.

Ему не терпелось проводить жену в их с ней покои, чем он тут же и занялся — осмотреть замок у нее еще будет время, он сам проведет для нее экскурсию после ужина.

От вида хозяйских комнат Эби тоже оказалась в восторге, что тут же теплом разлилось в его груди, а глаза выдали его эмоции, начиная меняться и проявлять скрытую в них силу.

Чтобы не пугать ее и не сжать сейчас в своих объятиях, он отправил жену в свою половину, а сам тут же ринулся в прохладный душ.

Чуть позже Андрас сидел в столовой, лениво наблюдая за четкими и размеренными движениями слуг, которые накрывали на стол, крутя в руках бокал с крепким напитком и размышляя над всеми теми событиями, что произошли в последнее время. Он даже не сразу услышал, что двери отворились, лишь тихий несмелый стук каблучков смог вывести его из задумчивости.

Эби на секунду замерла у входа, жмурясь от яркого света. На ней было надето домашнее платье, волосы красиво зачесаны назад на макушке, оставляя основную массу спускаться по спине крупными кольцами, которые переливались от медного до темно-шоколадного при свете десятков магических светильников.

На ту же секунду даркан задержал свое дыхание, но не подал виду, что ему нравилось, как она выглядела сейчас.

Весь ужин девушка старалась не обращать на него внимания, смотрела сугубо перед собой, а на вопросы отвечала односложно. Он понимал, что она чувствовала себя неуютно рядом с ним, неосознанно снова отдернулась от него. Значит, Эби не чувствует себя в безопасности рядом с ним. Это снова оказалось для него неприятным и тяжелым чувством.

Идея остаться с ней наедине без глаз и ушей слуг пришла в голову сама собой.

— Хочу после ужина показать тебе территорию вокруг замка. Ты же не возражаешь? — сказать это у него получилось гораздо холоднее, чем он планировал, и, когда протягивал ей руку, не ожидал, что девушка так легко согласиться и без тени смущения вложит свою руку в его.

Сердце ускорило свой бег в его груди, но внешне даркан оставался таким же холодным и непробиваемым — он уже сросся с этой маской на лице.