Однажды ночью, отчаявшись, она мысленно обратилась к своей мертвой крестнице:

– Козетта, милая, посмотри, я вся извелась. Я уже не в силах убедить себя, что исполняла твою волю. Тебе смерть, а мне муки совести.

И услышала в душе голос Козетты:

– Спасибо, милая Тристана. Я действительно этого хотела. Ты меня спасла.

Тристана вдруг почувствовала, как в ней разливается удивительное умиротворение, а голос продолжал:

– Я оказалась сильнее, чем демон, который мной владел. Он пытался через меня уничтожить мою мать. Благодаря твоей помощи этого демона теперь не существует.

– Но ты умерла!

– Подумаешь, беда какая! На свете есть не только жизнь, как сама видишь.

– Не оставляй меня! Ты мне нужна.

– Я всегда буду рядом.

С этой минуты Тристана почувствовала себя лучше. Близкие вздохнули с облегчением. “Худшее позади, – говорили они. – Она справилась”.

Летиция снова пошла в атаку:

– Ударника я нашла. Некий Бенуа. Дело только за тобой.

Тристана спросила у своей внутренней собеседницы, и та ответила:

– Вперед! “Шины” – это супер!

Шестнадцатилетний Бенуа решил произвести в группе революцию:

– Или надо петь по-французски, или перевести название группы на английский.

Одиннадцатилетняя Летиция немедленно взяла на себя труд показать ему, кто здесь главный.

– “Шины” звучит гораздо лучше, чем The Tires. А поем по-английски. Нравится тебе это или нет.

Когда Тристана играла, она чувствовала, что Козетта незримо присутствует на репетициях и вдыхает в нее радостное желание продолжать.

– А он ничего, этот Бенуа. Ты заметила, что он к тебе клеится?

– Ерунда.

Тристана присмотрелась и поняла, что покойница сказала правду. Это ее скорее смутило, чем обрадовало. И поскольку она не знала, как вести себя в подобной ситуации, то не отреагировала никак.

Через некоторое время Бенуа передал ей записочку:

Тристана,

ты прячешься за очками, но я тебя все-таки разглядел.

Ты красивая. Дай мне шанс.

Начало их отношений было бурным. Ничто так не способствует зарождению любви, как совместная игра на бас-гитаре и ударных. Потрясенная тем, что она нравится, Тристана окунулась в водоворот подростковой любви.

В лицее новость разнеслась с быстротой молнии. Тристана никому ничего не рассказывала, но в этом возрасте чутье у девочек, зорко следящих друг за другом, острее, чем зрение и слух. Те, что считались ее подружками, позволяли себе псевдодоброжелательные комментарии:

– Ты изменилась. Наконец-то стала похожа на живого человека.

– Ты же была Спящей красавицей!

Врагини говорили мерзости:

– Маленькая проблядушка отправилась на тот свет и перевоплотилась в свою кузину.

– У очкастой течка.

Сколько Тристана ни затыкала уши, до нее доносились отзвуки этих сплетен и отравляли всю радость. Ее личико, оживившееся было от любви, погасло.

Бенуа не понимал, в чем дело. Он ждал, когда тучи рассеются, но убедился, что мрак воцарился прочно.

– Что с тобой? – спросил он спустя неделю.

– Ничего.

– Неправда. Ты все время дуешься.

Тристана в ответ нахмурилась.

И тут Бенуа, не рассчитав силу своих слов, ляпнул:

– Я тебя не узнаю. Прямо какая-то тусклая девочка.

Тристану словно обожгло. Она взвилась:

– Убирайся вон! Не желаю тебя больше видеть!

Парень испарился.

Летиция призвала сестру к ответу:

– Из-за тебя “Шины” потеряли отличного ударника.

– Другого найдем.

– Что это за непрофессиональный подход?

Тристана хмыкнула.

– Я не шучу, – продолжала та. – В рок-группах любовь случается на каждом шагу. И когда все кончено, так себя не ведут.

Козетта в их тайных беседах встала на сторону Летиции.

– Он был хороший парень.

– Он сказал мне то, что для меня нож по самую рукоятку, ты-то ведь знаешь.

– “Тусклая девочка”. Когда ты наконец поймешь, что слова имеют над нами лишь ту власть, какой мы сами их наделяем.

– Ты не представляешь, как я из-за этих слов настрадалась и до сих пор страдаю.