– Всего доброго.

И не думая провожать, я просто подождала, пока широкая стекловская спина исчезнет за дверью переговорки. Потом все отключила и пошла к себе в кабинет.

Ветров прислал вместо себя этого поганца? Что ж, так даже лучше, значит, вполне вероятно мы с ним больше и не столкнемся. Разве не этого я так сильно хотела почти полтора месяца?

На следующее утро пришло сообщение от Стеклова. Проект утвержден. Что ж, самое время заказывать макет. Потом финальная встреча и… И считай все! Неужели он и правда оставит меня в покое? И начнется прежняя жизнь, без призраков прошлого? Честно говоря, я не могла в это поверить.

Но дни бежали за днями, а от Ветрова ни слуху, ни духу. Вот и замечательно! Когда был готов макет, я написала об этом Стеклову.

Zlata Frolova: «Добрый день! Никита, макет готов. Предлагаю согласовать время встречи для финального утверждения перед передачей в работу».

Ответа я ждала целых два часа.

Steklov Nikita: «Завтра на десять утра подходит?»

Уточнив у начальника, ведь на таких встречах обязательно его присутствие, я утвердила время. Интересно, а Ветров будет? В принципе должен. Но какой смысл тогда был присылать Стеклова, чтоб пропустить одну-единственную встречу? Претензий-то к чертежам и расчетам никаких не предъявили.

– Ну и дура же ты, Злата, - проговорила самой себе вслух.

Полная дура с неприлично короткой памятью. Потому как продолжаешь думать о нем после всего, что он натворил и после всех этих лет. Впрочем, думать – это не делать.

Именно поэтому сегодня никаких платьев. Брюки-сигареты небесного цвета, к ним пыльно-розовая блузка с высоким вырезом, практически скрывающим ключицы. Волосы я собрала в пучок, потом слегка подкрасила брови и ресницы.

Погода уже совсем весенняя, потому сверху тренч. Ну и не забыть солнцезащитные очки. Мне скоро двадцать семь, самое время подумать о том, как отсрочить первый визит к косметологу на уколы красоты. Заработать-то я заработаю, но лучше бы это пригодилось позже.

Прихватив сумку, я вышла из дому. Когда запирала дверь, включился телефон. Чертыхаясь, взяла его в руки. Звонил Стеклов. В восемь утра? Они там все офигели от собственной важности? Не буду брать, пусть совесть имеет. А если отменит встречу, то следующую назначу в следующий понедельник не раньше. У меня тоже время.

Когда выходила из парадного, телефон зазвонил снова и я снова сбросила. Следом за звонком пришло сообщение в мессенджер.

Steklov Nikita: «Злата, встречи не будет. Ветер разбился».

Несколько секунд я бестолково пялилась в экран смартфона, словно считала, что мне почудилось. Внутри все сжалось в дрожащий от страха комок. Показалось, что на плечи легла бетонная плита и я сейчас упаду от ее веса. Руки затряслись, я чуть не выронила смартфон.

Нажала на дозвон. Стеклов сразу ответил.

– Никита, что случилось? – прошелестела одними губами.

– Я же написал, - нервно выплюнул он. – Рус разбился. В больнице сейчас.

В больнице. Значит, живой.

*****

« Бизнесмен Руслан Ветров попал в аварию».

« «Камаро» всмятку. «Ветер» долетался».

И еще десяток одинаковых заголовков. Руслан попал в аварию еще в середине ночи. Въехал в дорожный каток, оставленный на ночь из-за ремонтных работ. К счастью, никто не пострадал. Никто, кроме него самого. В стремительно исчезающих из сети статьях было указано, что в его крови было обнаружено одна целая и две десятых промилле алкоголя. Чертов идиот!

Злость на него за то, что сел за руль бухим в хлам, рискуя не только своей долбанной, никому не нужной жизнью, но и жизнями других, ни в чем не повинных людей, которые чисто случайно не встретились на пути, боролась с другими чувствами, идентифицировать которые я не собиралась.

Сидела у себя в кабинете, работала, сцепив зубы. Даже встречу с новым заказчиком перенесла с завтрашнего дня на сегодняшний. Не слишком-то профессионально, но он очень спешил поскорее начать работу и был такому предложению только рад. Еще раз просмотрела его запрос. Жилищный комплекс бюджетного класса на окраине города. Социальное жилье, которое можно приобрести по максимально человеческим условиям. Виктор Петрович и не подумал бы давать мне добро на работу с таким «не престижным» проектом, если бы это не был государственный заказ, а следовательно положительная реклама для нашей компании. Мне же было безумно приятно спроектировать дома для обычных людей, таких же, как я сама.

Накидав примерный, но максимально подробный план, я взглянула в зеркало, чтоб проверить макияж. Он был в полнейшем порядке. Но, вот честное слово, уж лучше бы тушь осыпалась. Это легко поправить. А вот как быть со взглядом, который прямо-таки горит от тревоги о том… О том, кто мне должен быть глубоко безразличен.

Я зажмурилась.

Тебя это не касается. Он тебе никто. Никто! Он жив, у него миллионы в кармане, вокруг него лучшие врачи. Ты ему не нужна. Так же, как и тогда. Думай о работе, Злата. Думай о работе!