Конечно, большинство из них оказались слабыми и незначительными, но было и несколько серьезных игроков.

Таким образом, большинство благородных поддерживали Карла. Армии обоих принцев равны, но в столице перевес у младшего. В такой ситуации Карл предложил переговоры, Витольд не стал отказываться.

– Серьезно? Я там зачем? – изумился я, когда Даламар взял меня с собой.

– Считай, это признанием заслуг от Карла, – сухо ответил Даламар. – Не забывай, ты личный ученик Сайруса – великого мага, спасшего всех нас от нежити. И ты верный слуга короля, было бы странно если бы тебя не допустили к переговорам такого уровня.

– А если правду?

Даламар вздохнул:

– Казначей принца хотел обсудить с тобой финансирование кампании в Ормандии. А также условия восстановления Иллирии. Карл решил, что перед этим надо немного приласкать тебя.

– Да, это в его стиле, – мрачно признал я.

Нет, я не жадный. Просто мы говорили о восстановлении колонии, а не финансировании полноценной войны. Тут речь пойдет о десятках, если не сотнях миллионов.

Алчность – это грех, недостойный настоящего мага. Но только не когда речь идет о таких суммах!

Переговоры проходили в королевском дворце, в тот самом зале, где состоялся постановочный суд. От тех событий меня отделяли жалкие четыре месяца, но кажется, что все это произошло много лет назад.

Принц Карл взял с собой новую главу Черной Дюжины графиню Риотаб, генерала-губернатора Иллирии Даламара Сомлина, своего придворного целителя баронессу де Ратуа.

С Риотаб прибыла Ольга, де Ратуа сопровождали два лича. Даламар имел самую пышную свиту: полдюжины магов, включая меня, и трое генералов, обделенных магией, но не властью.

Принц Витольд предпочел прийти на переговоры в компании трех алмазных: один «черный» и два герцога. Также присутствовала свита из пяти магов разного ранга и дюжины простецов.

– Ты предал меня, Витольд, – начал переговоры Карл.

«Настоящий мастер дипломатии», – подумал я.

– Нет, брат, я всегда был верен семье. Присаживайся, разговор будет долгим.

Переговорщики заняли место за круглым столом. Свита расселась на стульях вдоль стены. Я оказался зажат между де Ратуа и помощником Даламара. Чуть в стороне стояли личи баронессы.

«Прекрасная компания. Можно я выйду?» – жалобно спросил Янус.

– Ты сотрудничал с некромантом! Передал ему информацию о моей армии! Из-за тебя мы попали в западню. Я чуть не погиб!

– Ищи предателя среди своих людей, братец, – Витольд криво ухмыльнулся. – Я ничего не передавал Антонию. Да, я знал его еще до трагедии Кадаверов. Знал и ценил. В языке нет слов, которыми можно было бы описать его ценность для королевства. Он мог реформировать Кадаверов, укротить род и сделать его полезным не только на войне, но и в мирное время. Я допускал, что он выжил, но считал, что лучше не трогать бешеного зверя. Вероятно, я ошибся.

Карл сжал кулаки и сказал:

– Тогда как ты объяснишь свои действия? За несколько дней ты собрал армию, но не спешил на помощь! Дал моему войску истечь кровью, позволил некроманту сравнять с землей Ситгун.

Витольд покачал головой и мягко сказал:

– Когда Риотаб доложила о некроманте, ты вытащил из рукава козырь – Кадавера с Жемчужиной. Прости, брат мой, но ты был самым подготовленным. Что до недели – прости, но битва была жаркой. Я прибыл при первой возможности.

Витольд сделал паузу, а потом продолжил совсем другим голосом:

– Мы сидим в неприступной крепости в пороховом погребе. Мы думаем, что все в порядке, ведь врагов снаружи нет. Но они уже за стенами. А мы сидим на бочке с порохом и курим трубку.

– Хватит играть словами, Витольд. Мне опротивели твои метафоры! Хотя бы раз жизни говори прямо и четко, – холодно сказал Карл.

– Нас пятнадцать тысяч…

– Твоими стараниями уже гораздо меньше.

– Не я вырыл этот котлован. Мы оба толкали в него рабочих, – нехорошо улыбнулся Витольд. – На Иллирии мы потеряли полторы тысячи магов. Сотни сгинули в подковерных играх. Нас стало гораздо меньше. А их меньше не становится.

– Ты снова о черни? – с пренебрежением спросил Карл. – Мы говорили об этом сотню раз. Они ничего не могут против магии.

Реакция свиты Витольда мне не понравилась. Слишком злорадными они выглядели, особенно простецы.

– Шестьсот миллионов против тринадцати тысяч. Скажи мне, лучший полководец трех королевств, какие шансы в такой битве? – яда в голосе старшего принца оказалось предостаточно.

– Тринадцать тысяч магов сотрут в порошок любую угрозу. Даже если простолюдины восстанут, оружие в руки рискнет взять каждый сотый. И они будут разобщены…