Жуткий страх, который я никогда не испытывала раньше, сковал мое горло. Ни один маг не пугал меня так сильно. Ни один отступник-чернокнижник. Ни один темный фейри. Это существо было другим, гораздо более опасным.

Он был абсолютным злом. Воплощением смерти, убийства и кровожадности.

Словно прочитав мои мысли, существо растянуло губы, и я увидела огромные клыки, способные разорвать плоть. Его тихий хриплый смех эхом разнесся по переулку, и демон сделал еще один шаг. Монстр играл с нами, наслаждался нашим страхом, пока подбирался ближе. Демон был в пятидесяти футах от нас, но казалось, что он совсем рядом, его присутствие давило на нас. Я не могла дышать из-за ледяного холодка.

Эзра крепко обхватил меня, и я поняла, что холод исходил от него.

Он стиснул мои предплечья и надавил на трясущиеся ноги, пока я не ударилась спиной о запертую металлическую дверь. Затем он заставил меня присесть на корточки в небольшой нише, и я задрожала, чувствуя кожей холодную сталь.

– Тори. – Эзра схватил меня за запястья ледяными руками. – Тори.

Я заставила себя посмотреть на него, судорожно и хрипло дыша.

– Послушай меня. Я уберегу тебя, клянусь, но мне нужно, чтобы ты пообещала мне кое-что. – Эзра до боли стиснул мне руки, а потом прижал их к моему лицу и закрыл ладонями глаза. – Не открывай глаза. Не смотри.

Паника смешалась с растерянностью, и я попыталась убрать руки.

– Эзра…

Он снова прижал мои ладони к глазам.

– Пообещай мне, Тори. Не открывай глаза, оставайся здесь и не двигайся, пока я не вернусь, или… – Эзра запнулся. – Пока я не вернусь.

– Но…

– Тори, пообещай.

Мои глаза были закрыты, и я не могла увидеть выражение его лица, но голос звучал хрипло и отчаянно. Я с трудом сглотнула.

– Обещаю.

Эзра отпустил меня. Крепко сжав лицо руками, сквозь которые текли слезы, я задрожала, чувствуя, как он тихо удаляется от меня. Одна, зажатая в углу, с закрытыми глазами, с демоном, который приближался к нам.

Шаги Эзры наконец стихли, а потом послышался тихий звук глубокого дыхания демона – совсем близко. Гораздо ближе, чем раньше. Меня охватила паника, такая сильная, что мышцы свело судорогой.

– Tuirana the, hratir. Eshana paissum adh?suv the.

Резкий хриплый голос завибрировал в моих костях. Я никогда не слышала этот язык раньше. Демон продолжил говорить на своем гортанном языке и перешел на глубокий рык. Температура упала, и оранжевое сияние, которое проникало сквозь мои ладони, исчезло. Лампочка над головой погасла.

Теперь через мои ладони пробивался красный свет.

Воздух, пронизанный болезненным холодом, казался наэлектризованным, и энергия царапала мои кости, словно тысячи крошечных ножей. Вдруг демон резко выкрикнул что-то, затем раздался скрежет когтей об асфальт.

С отвратительным грохотом плоть ударила о плоть.

Демон взревел. Удары, рык. Снова вспыхнул алый свет, и налетел ледяной ветер. Я вжалась в нишу, подняв колени к груди. Арктический холод царапал мою голую кожу, отнимая тепло. Слезы на моих щеках застыли.

Красный свет ослепил меня даже через ладони, а потом раздалось лязганье, словно что-то ударило о подъемные ворота. Инстинкты умоляли меня открыть глаза, но я не могла. Не осмеливалась. Свернувшись в комочек, я лишь плотнее прижала руки к глазам.

Хруст. Звук ломающихся костей. Оглушительный вой эхом разнесся по переулку, и воздух загремел от вымученных ударов крыльев. Звук удалялся, а потом вокруг воцарилась тишина.

Спрятавшись в своем укрытии, я ждала. Ждала. Ждала.

Тишина. Ничего, кроше тишины.

Дрожа так сильно, что с трудом удавалось контролировать свое тело, я убрала руки. Лампочка над головой с гулом загорелась, слабо освещая переулок.

Сверкающие белые снежинки покрывали землю, блестящие влажные капли недавнего дождя превратились в бледный лед. Мороз сковал все вокруг, и густая алая кровь приобрела жутковатый розовый оттенок. На стальной двери была огромная вмятина, испачканная обледеневшей кровью.

Выдохнув по-зимнему белое облачко пара, я неуверенно вышла из укрытия.

Лед захрустел под тяжелой поступью. Я обернулась в сторону зловещего тупика. Эзра вышел из темноты, тяжело волоча одну ногу. Его лицо было забрызгано кровью, и он прижимал руку к левому глазу, закрывая свой шрам и бледную радужку. Кровь сочилась из его локтя.

– Эзра. – Из пересохшего горла раздался хрип, и имя можно было прочитать лишь по губам. Я подошла к магу по обледеневшему асфальту.

– Я шел за тобой. – Всегда мягкий голос Эзры превратился в грубый болезненный скрежет, чуть громче шепота.