И чему я действительно удивляюсь? Видимо, он насмотрелся всяких дурацких и преувеличенных новостей про империю. Теперь только одной Вселенной известно, что задумал Алёша.

Я отправился в гардеробную и сам подобрал костюм для перелёта, но там столкнулся с камердинером, который аккуратно укладывал мои вещи в багаж.

— Сэр, могу ли я вам чем-то помочь? — вежливо спросил он, продолжая складывать бельё своими руками в перчатках.

— Спасибо, но нет, — ответил я, схватив с вешалки свой любимый костюм для поездок. — Вам и так нужно успеть всё упаковать.

Я направился в свою комнату и принялся одеваться, при этом взглянув на своё отражение в зеркале. Забавно, но камердинер даже не показал, что заметил синяки на моём лице. Это был настоящий профессионализм. Может быть, стоит подкупить его при возвращении, чтобы он прикрывал меня перед родителями при необходимости.

Спустя двадцать минут на первом этаже раздался звонок — значит, привезли мою посылку. Я подвернул рукава, чтобы не запачкать их, и дождался дворецкого. Вскоре он постучал в дверь и передал мне средство для удаления краски.

— Есть ли что-то ещё, с чем я могу вам помочь? — спросил дворецкий Питер фразой, которую можно было назвать дежурной.

— Ага, можешь, — зевнул я, распаковывая банку с жидкостью.

— И чем же, сэр? — тот выпрямился с надменным видом.

— Тем, что свалишь отсюда нахер! — грубо ответил я.

Дворецкий широко раскрыл глаза, и его лицо приняло такую гримасу, будто он походил на сушёную воблу. Однако он не сказал мне ни слова и ушёл. — А дверь? — ехидно выпалил я.

И тот, красный от злости как рак, вернулся и захлопнул дверь с таким треском, что чуть не выбило окна в моей комнате.

И если бы они выбились, это было бы чудненько: я бы вычел стоимость окон из зарплаты Питера, чтобы доставить ему ещё больше хлопот. Это была бы карма за игру на два фронта.

Я нанёс прозрачную жидкость из банки на лицо и через минуту почувствовал сильное жжение.

*А-а-а-а!*

Я завопил так, словно с меня снимали скальп, и бросился к раковине смывать эту адскую смесь.

— Алёша! — позвал я на помощь робота, хотя он чаще всего делает только хуже. Но мне было слишком плохо, чтобы долго раздумывать.

*Врум-врум*

Робот задрифтовал по ковру и въехал в ванную комнату.

— Что такое, хозяин?

— Моё лицо, оно всё горит! — из моих глаз текли слёзы от едкого компонента очищающей жидкости, и я практически ничего не мог разглядеть. — Сделай что-нибудь!

— Против кислоты поможет щёлочь, поэтому промойте лицо с мылом! — быстро выдал Алёша и вложил мне в руки кусок натурального мыла.

Я быстро натер лицо мылом и хорошенько его вспенил, а пока делал это, робот принёс из шкафа спрей от ожогов, который он затем передал мне.

— Зачем? — спросил я, тяжело дыша, так как кожу ещё немного щипало.

— Хозяин, у меня хорошая новость: фингалов больше нет, но ваша рожа вся в ожогах, поэтому прыскайте спрей и молитесь, что это поможет! — пояснил кусок металлолома.

Странно слышать от механического создания слова про Бога, хотя ему нравится слушать песнопения из церковных служб по радио.

Я посмотрел в зеркало и с отчаянием сплющил губы. Теперь моё лицо походило на красную задницу гамадрила.

*Через час*

Мы стояли с отцом и Алёшей в аэропорту и ждали своей очереди для проверки на таможне. Когда меня и отца проверили через сканеры, мы спокойно прошли дальше.

— Хозяин, — суетливым тоном окликнул меня робот.

— Что такое? — я обернулся к нему. — Давай скорее вставай возле сканера, у нас скоро посадка начнётся, — я показал лицензию на своё творение службе охраны в аэропорту.

— А что этот сканер может обнаружить? — спросил кусок металлолома.

— Всё! — с раздражением ответил я, потому что хотел поскорее занять своё место и включить музыку в наушниках. — Ты же надеюсь все свои инструменты и молотки убрал? Ведь оружие нельзя проносить на борт.

*Ой*

Вырвалось у робота и теперь начал паниковать я.

— Вставайте рядом со сканером, — обратился к нему таможенный работник и потом задал вопрос для проформы, который задают всем, хотя зачем они это делают, ведь на сканере всё видно: — У вас имеются с собой запрещённые предметы или оружие?

Алёша замешкался и вынул из своего кармана консервный ножик.

— Вот, — ответил мой робот программным голосом. — Больше ничего нет.

— Хорошо, — кивнул работник аэропорта и указал ему место для сканирования.