Макс подошёл на шаг ближе.

— Я говорил с тобой как твой босс, но теперь я говорю тебе как твой отчим, что всё кончено, Кейтлин. Ты не ввязываешься в это дело. Ты заканчиваешь с этим прямо сейчас.

— Я не могу.

— Можешь. И ты это сделаешь. Ксавьер присоединится к нам через несколько минут, и ты скажешь ему, что передумала.

— Ничего не изменилось, Макс.

Макс нахмурился, настороженно изучая её.

— Он что-то сказал тебе на ухо, когда уложил тебя на стол. Что это было?

Ей было противно лгать Максу, но, узнав правду, он запрет её в безопасном доме, хотела она этого или нет. Это должно было остаться между ней и Кейном. Ей нужно было, чтобы это было только между ней и Кейном, если она собиралась получить то, что хотела. И она получит то, что хочет. Она ещё не была уверена, как, но она это сделает.

— Ничего важного.

— Выглядело иначе, судя по выражению твоего лица или по тому, как ты схватила его.

— Как ты и сказал, он игрок. Ему нравится реакция. Я решила подарить ему одну, чтобы он с ней поиграл.

Глаза Макса вспыхнули с подозрением, но в них было и беспокойство, которое, если бы она так отчаянно не хотела выбраться оттуда, вырваться из-под его пристального взгляда, у неё, возможно, возникло бы искушение исследовать.

— Значит, он не дал тебе ни малейшего намека на то, почему ты всё ещё жива? Или почему он вызвал тебя?

— Мы оба знаем, что он сложнее, чем кажется.

— Почему ты не прикусила губу, Кейтлин?

— Чего он от меня и хотел? Он знал, что вы наблюдаете. Он ждал, когда я вызову подкрепление. Я хотела показать ему, что я его не боюсь.

— А ты его боишься?

— Что это за вопрос?

— Слишком много людей попало под его влияние, Кейтлин. За этой внешностью и этим обаянием скрывается опасность, он порочен, и он сделает всё, что потребуется, чтобы получить желаемое.

— Я та, кто внёс свой вклад в этот профиль, помнишь? Так что не разговаривай со мной, как с каким-нибудь новичком, Макс. Не ты, из всех людей. Ты же знаешь, я знаю своё дело. И я знаю этого вампира лучше, чем кто-либо другой в этом подразделении. Я знаю, у тебя есть потребность защищать меня из-за мамы, из-за папы, но я взрослая женщина. И это вполне в моих силах. И хотя тебе неохота это признавать, ты это знаешь.

— То, что ты делаешь, безумие. Это самоубийство.

— Трудно думать об этом как о самоубийстве, когда часы уже тикают.

Его глаза вспыхнули.

— Нет. Пожалуйста, не говори мне, что всё дело в этом.

— Я просто говорю, что смотрю на вещи иначе, чем ты.

Он подошёл к ней.

— Ничто не придёт за тобой, Кейтлин. То, что случилось с твоими родителями, совершенно не связано — просто умопомрачительное совпадение и не более того. Ты не можешь рисковать своей жизнью из-за какого-то бредового убеждения.

Но теперь она знала, что это не было бредом. Неважно, как сильно все пытались убедить её в обратном.

— У меня есть работа, которую нужно сделать, Макс, — твёрдо сказала Кейтлин. — Кейн — моё дело. Я собираюсь вернуть его обратно, и на этот раз, обещаю, я сделаю это законно.

— Ты выходишь за рамки своей работы. Я подозревал это в течение нескольких месяцев, и теперь это выступление только подтвердило моё подозрение.

Дверная ручка повернулась, и вскоре доминирующая фигура Ксавьера появилась в открытом дверном проёме. Он посмотрел сначала на Макса, затем на Кейтлин.

— С тобой всё в порядке, Кейтлин? Макс беспокоился, что ты будешь потрясена.

— Я в порядке, — заявила Кейтлин, бросив на Макса сердитый взгляд за то, что он даже предположил такую возможность. Она протянула Ксавьеру бумаги. — Когда он будет освобожден?

— Теперь, когда он подписал это, в течение следующих двух часов, — он посмотрел на Макса. — Макс, я бы хотел несколько минут побыть наедине с агентом Пэриш, пожалуйста.

Макс перевёл взгляд с Ксавьера на Кейтлин, его разочарование было очевидным. Он неохотно уступил, резко закрыв дверь выходя.

Ксавьер жестом пригласил её сесть.

— Должен сказать, я впечатлён. Там было настоящее представление. Вся эта рутина с беспомощной женщиной на столе, должно быть, привела к тому, что пульс Кейна достиг почти человеческого уровня. Ты едва не добилась для нас обвинительного приговора одним простым движением, — он отодвинул стул от стены и сел рядом с ней. — Если у меня и были какие-то сомнения в том, что ты сможешь это сделать, то они окончательно развеяны. Я думаю, сегодня вечером ты приняла лучшее решение в своей карьере.