Желая потушить румянец, она успокоила себя перед зеркалом.

«Я должна вернуться под камеры», — твердил голос.

Волосы у Марлоу выглядели спутанными и лохматыми, а потому она снова стянула их заколкой, на этот раз потуже, и вернулась на вечеринку.

Глава третья

Орла

Нью-Йорк, Нью-Йорк

2015

Клуб, куда Ингрид отправила Орлу, находился в жутком квартале. К грязному красному ковру, брошенному у входа, пристал мусор. В дверях стоял вышибала и смотрел прямо перед собой, словно намеревался отгородить взглядом склад-магазин, расположенный непосредственно справа от него.

Орла осмотрела землю и нашла крошечный квадратик тротуара, где с трудом уместились бы две ноги, отмеченный ламинированными буквами: «ОРЛА КАДДЕН, DAMOCHKY.COM». Она протолкалась сквозь толпу и встала рядом с нервной худышкой в платье с вырезом до пупа. Сама Орла была одета так, словно хотела, чтобы ее пригласили войти последней. Упитанный латиноамериканец в очках в роговой оправе поднес телефон к худышке и снимал ее, пока она говорила:

— Мы находимся на презентации свитеров для собак от Хиларии Даль. Все знаменитости, любящие животных, пожаловались на это мероприятие.

— Пожаловали, бестолочь! — заорал латинос в очках, словно увидел пожар.

Хилария Даль была судьей в реалити-шоу, которое стравливало излечившихся от рака людей в конкурсе на лучшую выпечку. К тому времени, когда она пробралась к Орле, Хилария успела дать восемнадцать интервью, и в уголках ее рта запеклась слюна.

— Обожаю «Дамочек»! — завизжала она, бренча длинными серьгами.

Орла кивнула и растянула рот в улыбке.

— Итак, одежда для собак! Что вас вдохновило на этот проект?

Хилария переступила с ноги на ногу.

— Ну, это дело мне по душе.

— Какое именно? — уточнила Орла.

— Борьба со СПИДом, — ответила Хилария.

— При чем тут СПИД? — Орла взглянула на агента Хиларии, одетую во все черное женщину в наушниках с гарнитурой.

— Десять процентов дохода от продажи этой линии поступит в фонд лечения СПИДа, — рявкнула агентша.

— А еще я люблю животных, — добавила Хилария. — И мне нравится, что мое имя будет на одежде, которая станет их согревать, ведь они неизменно согревают нас.

Стоявшая рядом с Орлой худышка энергично закивала, прижав руку к груди.

— Пока мы занимаемся только одеждой для собак, — продолжила Хилария, — но я, кроме прочего, питаю слабость к кошкам. Так что мы стремимся расширить сферу деятельности и попасть на рынок одежды для кошек.

Орла не смогла вовремя остановиться:

— А разве кошки не могут носить то, что вы производите сейчас?

Хилария взглянула на своего агента.

— Думаю, они могут носить маленькие вещи, правда? — неуверенно произнесла она. — Например, шарфики из альпаки?

— Кошки могут, — подтвердила агентша, сердито зыркнув на Орлу.

— И все вещи на сто процентов веганские, — выкрикнула Хилария.

— Вы вроде бы только что упомянули альпаку, — заметила Орла. — А это животное, вроде ламы.

— Все, время вышло, — сказала агент и, взяв Хиларию под локоть, повела ее к дверям. Оглянувшись на Орлу, она отчетливо произнесла: — Чтоб тебе провалиться, — и добавила в гарнитуру: — Да не тебе. Хотя, если ты не выяснишь, куда делась Изабель, скоро я и тебя пошлю подальше.

Наступило временное затишье. Худышка пожаловалась роговым очкам, что преподаватель по импровизации считает ее слишком симпатичной для комедии, а тот в ответ помахал рукой перед ее лицом и проревел:

— ЗАТКНИСЬ НА ХРЕН ЖЕНЩИНА ОНА ПРИЕХАЛА.

Орла оживилась и вытянула шею, пытаясь разглядеть подкативший джип. Агентша Хилари наверняка уже отправила Ингрид имейл с требованием, чтобы Орла извинилась. Может быть, Орле удастся искупить вину, коротко переговорив с персонажем, которому роговые очки аплодировали тоненькими восторженными хлопками.

Вспышки защелкали так ярко, что Орле пришлось опустить глаза, и она увидела только пару приближающихся неторопливых ног, намазанных кремом. Худышка наклонилась вперед и произнесла, задыхаясь от благоговения:

— Флосс, это ну прямо величайшая честь.

И тут во вспышке света Орла, стоявшая впереди худышки, узрела свою соседку по квартире. Флоренс.

Орла стала разглядывать ее в профиль. Щека Флоренс так сияла перламутром, что Орла видела в ней свою тень. Флоренс медленно и сонно моргала темными водянистыми глазами с тяжелыми ресницами, похожими на тысячи ног мухоловки. Волосы у нее были объемнее, чем дома, и до смешного плохие — безжизненные наращенные, неестественно блестящие пряди воняли какой-то химией. Флоренс нарядилась так же, как Орла одевалась на официальные мероприятия: бра телесного цвета без бретелек и утягивающие живот эластичные панталоны до середины бедра. Только на Флоренс больше ничего не было.