Поэтому придётся договариваться с жадным до власти и денег Мышкиным.

Он зашёл в камеру и бросил в мою сторону брезгливый взгляд. Смотрел свысока, хотя был на полголовы ниже меня ростом.

Я махнул рукой, и в этот момент князь напрягся. Но камеру окутал купол тишины.

— Так, нас никто не услышит, — пояснил я.

— Вот и славно, — усмехнулся он.

— Как я понимаю, до императора не дошло сообщение о моём пленении?

— Верно рассуждаешь.

— Так чего вы хотите, князь? — прямо спросил я, решив не ходить вокруг да около.

Среди аристократов о жадности Мышкина ходили настоящие легенды, поэтому не видел смысла намекать, раз нас никто не услышит.

— А что ты можешь предложить? — таким же тоном ответил да.

И был прав, поскольку чего хотеть человеку, у которого и без того всё есть?

— Деньги, знания, артефакты. Что вас интересует? — продолжил я.

— У тебя нет столько денег, сколько могло бы меня заинтересовать. А знаниями ты явно и сам обделён, раз проник в библиотеку императора. Остаются артефакты, но опять же, сомневаюсь, что ты сможешь меня заинтересовать.

— У вас не случались провалы в памяти или помутнение воспоминаний? — спросил я, начиная собственную игру.

Он на миг задумался и осуждающе на меня посмотрел.

— А тебе откуда известно?

— Это стандартные последствия после вмешательства опытного менталиста. И раз я угадал, значит, мне есть что вам предложить.

— Как-то подозрительно быстро ты угадал.

— Сам с таким сталкивался, князь, — пожал я плечами. — И вы не представляете, на что я пошёл, чтобы навсегда забыть о вмешательстве в мой разум со стороны.

— Продолжай.

— У меня имеется артефакт, способный защитить вас от любого ментального воздействия. Даже бог не сможет влезть в вашу голову.

— Хм, звучит заманчиво. Но ты же понимаешь, что я обязательно проверю артефакт, прежде, чем отпускать тебя.

— И, прежде чем стереть следы моего пребывания здесь, — дополнил я.

— А ты наглец, — усмехнулся он.

— Уж какой есть, — улыбнулся я. — Раз мы договорились, то мне нужно будет отойти на полчаса.

— Ты думаешь, что я позволю тебе выйти? Как наивно.

— Наивно полагать, что эти стены меня остановят. Ждите.

Взмахом руки я убрал купол тишины, а затем коснулся амулета на груди.

И через миг оказался в своих апартаментах. А гостиной Влада не было. Но благо, что теперь он ходил с мобилетом, и мне не пришлось рисовать солью руны для его поиска. Хватило одного звонка:

— Алло! — раздался ответ в трубке-артефакте.

— Влад, ты закончил с артефактом из глаза морского змея? — сразу спросил я.

— Ещё вчера, но Аркадий Викторович запретил выносить его из лаборатории. Говорит, что больно мощная вещь, чтобы просто так отдавать её.

— Это уже не его дело.

— Ну, я бы так не сказал. Всё же князь помогал при его создании.

— С князем я сам разберусь. Тащи артефакт сюда. И чем быстрее, тем лучше.

— Ладно. Надеюсь, он меня не испепелит после такого.

— Не парься. Ты для него слишком ценный кадр.

Сказав это, я отключился.

Присел за кухонный стол.

— Сколько времени? — спросил я у Маши, которая стояла у нагревательного артефакта, что использовался тут вместо плиты.

— Четыре часа дня. С вами всё в порядке, господин? — обеспокоенно ответила она. — А то выглядите очень, — Маша запнулась, — уставшим.

— Есть такое. Скоро доделаю свои дела и вернусь. Как раз к ужину.

— Позволите сообщить вашим супругам и сестре, что вы вернулись? А то они вчера очень переживали. Собирались отправиться на поиски, и только незнание ваших планов их остановило.

— Пока не стоит. Вот как уйду, можешь им позвонить.

Машу удивил такой ответ, и она посмотрела на меня выпученными глазами. Девушка совершенно не скрывала эмоции.

— Иначе они сразу прибегут и не позволят мне доделать начатое, — пояснил я.

— Поняла вас, господин, — кивнула служанка и вернулась к готовке.

Но стоило ей открыть холодильный артефакт, как оттуда выпал Ленц.

— Ой, уже утро? — залепетала саламандра.

— День. Надеюсь, ты не трогал рыбу, — строго сказала Маша.

— Не-а, я в отсеке с фруктами ночевал, — замотал он головой и заметил меня. — О, Сергей вернулся. Принёс чего-нибудь вкусного?

— Только если проблем, — усмехнулся я.

— Не, такое я есть не буду. А ты снова уходить собрался?