У него, ярла Лендерика из Ралендера, отобрали земли и он до сих пор не вернул те обратно!

Каждый день несчастный Лендерик просыпался с этой мыслью и с ней же засыпал. Размышления о сиел не давали ему покоя, точили изнутри, подобно древесному червю, которые ест гроб, чтобы добраться до трупа. Каждый раз, когда Лендерик глядел на юг и видел пики гор, душа его наполнялась черной злобой.

Иными словами, у правителя Ралендера было все для счастья, чего не бывает у остальных людей. И вместе с этим Лендерик оказался самым горемычный из созданий на Севере.

Ярл не был глупым человеком. При его правлении Ралендер вырос вдвое, соблюдение законов ужесточилось и каждый обычный житель города мог быть уверен, что живи он по правде, то ничего не будет ему угрожать. Лихие люди обходили земли Лендерика стороной, потому что знали — здесь за проступки расстаться с головой значительно легче, чем в других местах.

Золото текло в казну ярла рекой. Вот только желтый блеск монет не мог решить проблему с Вальтагом. Даже учитывая, что сиел приходилось покупать все втридорога. Совсем запретить торговлю Лендерик не мог. Иначе Вальтаг пошел бы войной. А начинать ее ты можешь только в том случае, если уверен в победе.

Оттого ярл не нападал и сам. Он давно уже нанял всех достойных Одаренных в Землях, кого только мог. Однако предполагал, что этого недостаточно. Север любит сильных. Одно дело, если бы ярл уничтожил мятежников и обратился с этим к Императору, заплатив золотом большую виру. Витий Керай Кулен Первый умел всегда извлекать выгоду из сложившейся ситуации, считаясь хорошим тактиком, и принял бы подношение. Совсем другое — если Лендерик просто развяжет войну, которая может затянуться. Император сейчас озабочен Оскверненными, потому подобная ситуация на Севере ему вряд ли понравится.

В старые времена казалось проще. В эпоху войн по Землям путешествовало множество вольных ватаг, которых можно было нанять за небольшие деньги. Но десятилетия мира превратили вчерашних бойцов в хлебопашцев или разбойников. Первые обзавелись семьями и утратили голод до сражений, вторые либо мерзли в земле, прикрытые каменным покрывалом, либо уплыли за пределы Империи в поисках славы и золота.

Оттого появление в Ралендере женщины с инквизиторской печатью заставило душу Лендерика пробудиться от долгого и беспокойного сна. Она назвалась Санной и говорила приятные для ушей ярла слова, обещая поддержку Дома Правды и Императора в возможной кампании против Вальтага. Именно то, чего и хотел вот уже столько лет услышать Лендерик.

Нет, ярл и сам пытался наладить связи с вельможами Конструкта. Но его многочисленные дипломаты, отправленные в столицу, не имели особого успеха. Аристократы брали деньги, но видели в просящих лишь северных варваров.

Потому, когда желаемое само пришло к нему в дом, Лендерик не мог до конца поверить в происходящее. Он сомневался до последнего, испытывая Инквизитора вопросами в попытке найти несоответствие в ее словах. Но выходило все именно так, как и говорила Санна.

— То есть, мне нужно сказать этой девчонке, что Шантал Келлиган не далее, как несколько дней назад отправился в Даарен? — переспросил Лендерик.

— Все так, ярл, — согласилась Инквизитор. — Отсюда до Даарена одна дорога. И проходит она через алтарь Аншары, если я не ошибаюсь.

— Не ошибаетесь, — кивнул Лендерик. — На Севере не принято делать дома богам, ибо им в них тесно. Так было со старыми богами, так стало и с венценосной девой.

— Когда с изменницей будет покончено, а на юге Империи воцарится мир, сюда прибудут легионы, чтобы разобраться с Вальтагом, — продолжила женщина. — Я могу дать клятву долга. И кое-что еще…

Санна многозначительно наклонилась вперед, демонстрируя свои несомненные достоинства. Вообще, она оказалась во вкусе ярла, впрочем, как и любого мужчины из Земель: высокая грудь, крепкие бедра, мощные плечи, открытое лицо и светлые волосы. Ее можно было бы назвать совсем северянкой, если бы не густые брови и странный разрез глаз. Но именно они придавали Санне особую привлекательность.

Мог ли ярл понравиться такой женщине? Еще как! Сам Лендерик был недурен собой. Высокий, широк в плечах, светлолик, разве что нос два раза сломан. Впрочем, воину подобное обычно идет в достоинство, а не в недостаток. К тому же, несмотря на долгое правление, ярл не любил многочисленные празднества и излишества в еде. Не взирая на приближающийся четвертый десяток, он до сих пор упражнялся на топорах каждое утро и часто объезжал собственные земли верхом с малой дружиной, потому сохранил свежесть и не обзавелся огромным животом, верным спутником погрязших в правлении ярлов.

Однако Лендерик был умен не только в хозяйственных вопросах, еще он умел наблюдать за людьми и учиться на чужих ошибках. И не раз видел, как мужчины в погоне за юбкой выбирали своей целью совсем не тех женщин, которых следует. Сейчас ярл разумно решил, что приближенная Императора не лучшая претендентка для любовных утех.

— Клятвы долга будет достаточно, — сказал он, отодвинувшись. И тем самым показав, что более ему ничего не нужно. — А что с этим человеком? Шанталом Келлиган?

— А что с ним? — удивилась Инквизитор.