За следующие полтора часа я узнал еще много интересного. Оказалось, что сисерийцы наконец догадались, что мощный отряд магов, который на них внезапно обрушивался в обеих битвах, – это не один из корпусов, в котором много магов, а сборная солянка из всех наших серьезных магов. Хендо уже отдал приказ о том, чтобы в новом лагере все маги от двенадцатого разряда и выше тоже были собраны в такой вот отряд. И уже на постоянной основе.

Ну а последние полчаса никакой интересной информации уже не принесли. Сборы для перемещения достигли уже этой части лагеря, ей всегда занимались в последнюю очередь, чтобы не тревожить господ офицеров переездом слишком долго. Офицеры из шатров вышли, их торопливо начали упаковывать солдаты. Затем начали открываться порталы, один за другим по всей округе, и вскоре я остался один там, где еще недавно было более тридцати тысяч человек.

Убедившись в этом, слез посредством броска эспандера с дерева и побрел на место, где для меня должны были скоро открыть обратный портал. Спать хотелось неимоверно, но бдительность я старался не ослаблять. Такие моменты самые опасные – возникает ощущение ложной безопасности, и ты можешь легко попасть в переплет, если расслабишься. Это кажется, что переброс войск завершен, но я знал, что такое переместить огромную массу людей. Обязательно забудут что-то важное перевезти на новое место, так что в любой момент в любом месте лагеря может открыться портал, и из него выйдут те, кто должен заняться этим вопросом.

Все же мне такие порталы и группы не попались, я добрался до места эвакуации и через двадцать минут вернулся порталом в свой лагерь.

Стряхнув с себя сонливость, пошел к шатру Келерта. Сидевший на входе у костра тощий охранник тут же подскочил и доложил:

– Господин барон, в лагере все спокойно! Господин Келерт изволит почивать! Главным на это время в лагере является господин Вида!

О как! Келерт не шутил, а действительно завалился спать! Кстати говоря, господином его охранник величал потому, что последним армейским званием Келерта было лейтенантское. Учитывая размер нашего отряда, называть его главу лейтенантом ни у кого язык не поворачивался. Со мной было еще сложнее, у меня вообще не было никакого звания. Поэтому меня все величали бароном. Ректор уже обратился по этому поводу к королю, и в недрах королевской бюрократии неспешно решали, какие звания можно присвоить Келерту и мне, но пока что вот так все и было… В голову пришла забавная мысль. Интересно, успеют ржавые шестеренки бюрократии провернуться до конца войны, или мы так и закончим ее «Господином Келертом» и «Бароном Эрегарским»?

– Когда у тебя смена? – спросил я охранника.

– Через три часа, сэр!

– Тогда, если до этого увидишь господина Келерта или его денщика, передай, что у меня есть важные новости после разведки, могут сразу меня будить.

– Да, господин барон!

Побрел в свой шатер. Раз такое дело, тоже вздремну. На полпути пришла в голову важная мысль, и я свернул к шатру Виды. Тот не спал и, улыбнувшись, поприветствовал меня:

– Теперь я уверен, что удача улыбнулась нам в тот день, когда вы отшили сисерийских эмиссаров и наняли нас для Аргента! Никогда еще мой отряд не наслаждался такими безоговорочными победами и такими богатыми трофеями! Нам после этой военной кампании будут завидовать наемники всего мира!

Приятно видеть такого довольного человека с утра пораньше! Отреагировав так же позитивно, я перешел к делу, ради которого пришел:

– Обратил сейчас внимание, что Келерт зачем-то сократил свою охрану до одного человека. Меня это тревожит, учитывая, что войска противника возглавил наследный принц Сисерии, а он противник непредсказуемый. Давай сделаем так – я буду платить по сотне золотых за ночь, а ты найдешь десяток толковых наемников, которые разожгут пару костров неподалеку от шатра Келерта и будут всю ночь его охранять?

Даже не задумываясь, Вида ответил:

– Барон, какие деньги за такую важную миссию? Среди нас нет никого, кто бы не ценил командующего, при котором мы можем так успешно и красиво сражаться! Охрану поставлю прямо сейчас, и никакой платы не надо. Мы сами будем со всем старанием охранять свою золотую шахту!

Поблагодарил его и пошел к своему шатру.

У его порога нес вахту Долен. Я удовлетворенно кивнул – чтобы приучить парней к службе в армии, велел, чтобы всегда кто-то охранял шатер, раз уж мне охрана, как заместителю, не полагалась.

Поболтали с ним пару минут, особых новостей у него не было, он только в себя приходил после ночной битвы. Похлопав его по плечу, я побрел спать.

Вида, военный лагерь

После разговора с Эйсоном Вида тут же распорядился отправить десяток дозорных к шатру Келерта, а потом, подумав, отправил еще десяток к шатру самого Эйсона. Как раз в этот момент подошел Рроку и тут же спросил его:

– Случилось чего, раз такие меры принимаешь?

– Да заходил ко мне Эйсон, предлагал деньги за охрану Келерта, а зачем нам позориться и брать деньги за то, что и так в наших интересах? Нам с ним такая удача прет, что нужно его беречь как зеницу ока!

– Ну ладно, а зачем послал такую же охрану к шатру самого Эйсона?

Вида усмехнулся и сказал:

– А тут еще хороший вопрос, кто из них двоих больше важен для нашего успеха!

– Да ладно? – удивился Рроку. – Парень невероятно хорошо дерется, это факт, но какое отношение это имеет к военным успехам Келерта?

– А ты не заметил? – хмыкнул Вида. – У него всегда невероятно свежая информация о враге. Вот сейчас он мимоходом сказал мне, что у Сисерии новый главнокомандующий, принц Хендо. Ты вот знал об этом? То-то же! Уверен, что разбуди сейчас Келерта и спроси – окажется, что он об этом тоже не знает. Так он еще и охарактеризовал этого принца как человека непредсказуемого. Я вот слышал о нем раньше только имя.