И найти оказалось несложно. Не знаю, как это смотрелось издалека, но вблизи сарай, прижатый к скале, смотрелся немного комично. В основном тем, что ворота были вдвое шире, чем вся длина сарая. Очевидно, что он уходил своим нутром в скалу. Я скептически осмотрел ржавые петли, державшие ворота, затем очень старые доски, сильно поеденные ветрами и солнцем. И решил, что отломать доску будет тише, чем открыть дверь.

Трухлявая древесина легко поддалась, развалилась даже без особого треска. Изнутри тянуло не самыми свежими запахами, рядом с воротами никого не было. Глаза улавливали очертания грубо выбитой пещеры, в глубине которой играли отражения факелов.

Спустившись на десяток метров, я нашёл конюшню. Заглянул туда осторожно, несколько человек, молодых мужчин и женщин в простой одежде ухаживали за животными. Здесь ничего интересного. Пошёл глубже. К счастью, тут не было сложного комплекса подземных проходов, всего несколько коридоров и помещений. Нашлись пленники, мужчины. Они были связаны и сидели в простых клетях из окаменелой древесины. И их даже никто не сторожил. Совсем.

Подошёл, осмотрел. Лёгкое демоническое внушение, они подавлены и лишены сил. Понятно, необходимости за ними смотреть нет, сами точно никуда не уйдут. Пересчитал. У нас здесь экипаж поезда и ещё двое, мужчины, одежда… ни о чём мне не говорит. Осмотрел, документов с собой нет. По виду — европейцы. Не истощены, вряд ли они в плену больше дня-двух. Женщина всего одна, плохо. Двинулся дальше.

В самом глубоком месте нашлась большая, явно естественная, полость. На дне водоём, неглубокий, вокруг растёт какая-то трава. Разведён костёр. Одержимые развлекаются с тремя молодыми женщинами. То есть, развлечение только началось, дамы даже одежды ещё не лишились, их только лапают и пытаются напоить. И всё, больше никого нет. Причём полость не выглядит сильно обжитой, вся мебель — несколько автомобильных сидений да грубый стол.

Неужели они стали одержимыми буквально недавно? На днях? А вся банда сейчас по домам, с семьями? И всё? Я даже немного разочаровался. Присматриваюсь к одержимым. Сейчас на них нет верхней одежды, а костёр позволяет нормально рассмотреть. И… Это не местные. Точнее, местный только один. Ещё два парня и девушка отличаются.

Сбрасываю тени и выхожу прямо к костру. Одержимые замечают меня, вздрагивают, тянутся за оружием.

— Не советую. Я всё равно…

Местный меня не понял. Возможно, в прямом смысле, не знал языка. И получил в грудь ударное заклинание, выбросившее парня из кресла и отбросившее назад. Пока не смертельно.

— Быстрее, — недобро улыбаюсь.

Девушка-одержимая начала нервно смеяться. Я говорил, что происходит какой-то сюрреализм? Так вот, присмотревшись, понимаю, что они молоды, все трое. Черты лица слегка искажены трансформацией, но это молодые люди, двадцать — двадцать три года. Всем. Даже улетевшему отдохнуть. И я, честно говоря, в некоторой растерянности. Ожидал, что будет что-то сложное, придётся кого-то убивать, а здесь только отшлёпать и воспитательную беседу провести. Пленницы, вон, конечно, напуганы, но не более того, да ещё и под лёгким внушением.

— Вы кто на хрен такие?!

Одержимая задрожала, начала смеяться громче.

— Мы никого не убивали! — выдал один из парней.

— Вы совершили налёт на транспортный поезд императорской железнодорожной компании с целью ограбления и захвата заложников в составе организованной группы, этого уже достаточно, чтобы армейцы вас расстреливали на месте при обнаружении. Поэтому хватит скулить и отвечайте на вопрос!

Парни переглянулись. Что-то они какие-то непонятливые. Второе ударное заклинание врезалось в того из них, что казался менее разговорчивым. Парень вылетел из кресла, но сознание не потерял, я бил слабее.

— Хватит играть в гляделки! Моё терпение вовсе не бесконечное!

— Мы студенты! — ответил оставшийся.

— Какие ещё, к демонам, студенты?

— Даниил Меркулов, студент Нижегородского Императорского Института Радиотехнических Технологий. А это Марина Баричева и, — он оглянулся о пытающегося найти дыхание товарища. — Мурат Худойбергиев. Мы студенты.

— И что? У вас практика такая в институте? Налёты на поезда устраивать?

Марина неприлично заржала, уже едва сдерживаясь. Она под кайфом. Да и парни тоже не совсем в себе. Так, это надо кончать. Подхожу к вжимающемуся в кресло Даниилу и накладываю очистку организма. Сразу две, и от наркотиков, и от демона.

Десяток минут наблюдаю острый отходняк, внимательно отслеживая и контролируя процесс, чтобы пациент не подох от ощущений. Не подох, оклемался, потянулся к воде. Дал сделать пару глотков, заодно принудительно качая исток, чтобы парень не загнулся, а затем заставил говорить.

— Потом попьёшь! — сопровождаю слова мотивирующим пинком. — Что вы здесь делали?

— Мурат… Он из этих мест… Каникулы… — отрывисто отвечал Даниил, гипнотизируя флягу с водой. — Дай…

Пинаю ещё раз.

— Говори, свинья! Ну!

— Каникулы у нас… Отдыхали… Ехали к родственникам… Здесь знакомый… Угостил… Новый наркотик… Потом мы…

Парня внезапно нагнало осознание того, что они успели натворить. Даниил вытаращился на меня, побледнев, позеленев и снова побледнев. И начал освобождаться от того, что ещё оставалось в желудке. Девчонка продолжала ржать, но в глазах её виднелась смесь страха и решимости. Ага, броситься хочет. А ржёт, чтобы я её всерьёз не воспринимал.

— Давай я и тебе реабилитацию устрою.

Разряд молнии, слабой, не обжигающей, а шокирующей, подавил всякое сопротивление. Десяток минут, и на зелёный живой ковёр… В общем, девушка быстро догоняла по состоянию своего друга, ей тоже пришлось прокачивать исток, он едва работал, и жива девушка была только благодаря подпитке с иных планов. Я дал Даниилу немного отпиться и велел продолжать.