Впрочем, под многозначительной фразой лежали вполне рутинные мероприятия. Всем пострадавшим оказать помощь, ущерб оценить, попытаться найти и выследить нападавших. Сам Волконский поднялся в свой кабинет и, глянув на часы, по памяти набрал номер. Ждать долго не пришлось. Ответил оператор.

«Московский…» — заученно повторяла девушка.

— Светлейший князь Волконский, мне нужен Статский Советник Ржанов.

«Соединяю», — отозвалась оператор.

Меньше чем через минуту в трубке раздался голос.

«Приветствую, Ваша Светлость», — голос Филиппа звучал устало.

— На моё поместье напали. Девушка ушла, — прямо сообщил князь.

«Быстро они», — вздохнул Ржанов.

— Слышу, вы не удивлены, — хмуро ответил Волконский.

«Владимир, скажу прямо. Меня попросили посмотреть в другую сторону. Расследование сейчас сдаётся в архив. Госпожа Катерина признана жертвой случившегося, вторая девушка получила условное наказание, которое будет снято задним числом. Я более никак в этом не участвую, только жду новостей от Дмитрия», — вкратце обрисовал Филипп.

— Просьба пришла сверху, или…?

«Или, от коллег. Наши неизвестные друзья подтянули связи и… Всё. В действиях Катерины нет состава преступления, так что не стоит разматывать это дело. Дальше вы, уж простите, сами. Если вообще пожелаете разматывать эту ниточку. Материалы, что успели собрать… — многозначительную паузу статского советника Волконский понял. — Погибшие есть?»

Волконский поморщился.

— Нет.

«В таком случае могу лишь пожелать удачи, Владимир», — с грустью заключил статский советник.

Несмотря на высокую должность, по сути, мужчина был чиновником. Сказали закрыть дело — закроет.

— Спасибо. Будем держать связь, жизнь длинная, событиями насыщенная.

Попрощавшись, князь положил трубку. Похоже, придётся ему изучать Острогову и её компанию самостоятельно.

Петроград. Зимний Дворец.

Октябрь 1983

— Что ты сказал?!

Анастасия с яростью сжала ладонь, мгновенно разбив бокал. Дорогое вино пролилось на столешницу из красного дерева, потекло по тонкой девичьей руке под шёлковую сорочку. Кабинет наполнился явственно ощутимой жаждой крови, не обещая присутствующим ничего хорошего. Желание убивать было большими буквами написано на лице принцессы, заставляя присутствующих напряжённо ждать своей участи. Ждать и надеяться перевести стрелки на кого-нибудь другого.

— Халиф и все его приближённые мертвы. Не осталось никого, кто мог бы стать точкой кристаллизации разрозненных командиров. Отдельные отряды, один за другим, обрывают связь и уходят, пытаясь скрыться, исчезнуть, убраться подальше, — ответил герцог Новиков. — Группировка генерала Дороничева разбила корпус Халифата, захватили Кандагар и движутся на юг. Дороничев планирует за три дня занять все крупные города колонии.

Анастасия пошевелила напряжёнными пальцами, растирая осколки хрусталя в мелкую пыль. Она была в ярости, однако ярость падала не на подчинённых, доставивших нерадостные вести.

— Кто это сделал? — прошипела Романова.

— Некто Куница, барон Дмитрий Мартен, — ответил Дубровский. — Из Московского рода…

Анастасия, как-то резко успокоившись, жестом остановила Дубровского.

— Ваша оценка восстанию?

Подчинённые переглянулись.

— Будет подавлено в ближайшие дни. Волнения в других провинциях, с большой вероятностью, также будут ликвидированы быстро и решительно, — ответил Новиков. — Я не представляю, что нужно сделать, чтобы переломить ситуацию.

Принцесса достала батистовый платок и вытерла вино с руки.

— Свернуть все операции по Халифату. На этих недоумках можно ставить жирный крест. Лояльных агентов выводите — остальных в расход. Никто не должен знать о нашей связи.

Подчинённые вновь переглянулись, что не укрылось от принцессы.

— Мне не нравятся ваши гляделки, — вновь начала заводиться Анастасия.

Ответить решился Павлов.

— В клубах появилась новая тема для обсуждения. Подозрительные совпадения, связанные с восстанием и появлением Халифата.

— Кто-то мне говорил, что все эти совпадения прикрыты, им найдено основание, и никаких слухов не будет, — напомнила Романова.

— Судя по тому, что разговоры появились во всех клубах практически одновременно, информацию им предоставили. Я отслеживаю ситуацию. Были разговоры и обсуждения, некоторые осмеливались высказываться на тему подозрительных совпадений, но подобные разговоры на корню давили наши люди. Здесь же появились сразу выводы с общим анализом ситуации. С подробностями, которые можно было достать только на месте событий. Кто-то подсуетился.