Асура левитирует в камеру бесчувственное тело. Она сполна насытилась кровью, болью и бессильной яростью врага, но вместо приятного опьянения почему-то сразу пришло похмелье. А ей ещё выхаживать это нечто, "образец номер восемьдесят пять", потом готовить ко второй и третьей операции.

Ещё две попытки самоубийства, такие же изобретательные и такие же безуспешные. Тёмные твари невероятно живучи. Сейчас собственный организм работает против нава, помогая тем, кто делает из воина Тьмы нечто себе на потребу. Пленнику очень плохо, но по виду не скажешь. Вот он кладёт забинтованные ладони на стенку своей клетки из света, прижимается лбом и смотрит на тюремщицу. Стены зачарованы так, что дотрагиваться до них наву должно быть невыносимо больно. Асура вздрагивает, он -- нет. Смотрит и криво ухмыляется. Ему хорошо: боль снаружи целиком заглушила боль и бурю эмоций внутри.

Повинуясь внезапному порыву, асура делает странное: кладет свои ладони точно напротив его и так же прижимается лбом к прозрачной преграде. Теперь их лица слишком близко, чтобы держать сфокусированный взгляд, и оба одновременно отлипают от стены. Смотрят друг другу в глаза, и асуре кажется: ещё мгновение -- она поймёт про себя, про врага, про весь этот мир, в котором ночь закономерно сменяет день, нечто очень важное. Но даст ли понимание силу, поможет победить, или вышибет почву из-под ног? Страшно! Нав снова скалит зубы -- такая улыбка врага не сулит ничего хорошего. Асура шепчет усыпляющий аркан и бежит сообщить коллегам, что 85 готов к третьей операции, уговорить чтобы не тянули.

– - Ты слишком много носишься с этим 85. Понятно, он для тебя первый, и всем нам стоил немало хлопот. Но мы ждём твоих собственных проектов. Сама понимаешь, времени на раскачку нет. Совет и командование поставили жёсткие сроки.

– - Расчёты по стабилизации 90 у меня готовы. Но вы сами поручили мне не спускать глаз с 85. Вот я и прошу: разрешите мне присутствовать, когда он очнётся изменённый.

Глава лаборатории переглядывается с асурой, которая обычно оперирует. Они хмурятся, но разрешают. Новая ассистентка уже на хорошем счету, а "любимые" образцы есть здесь у многих.

Перекроить дух и разум гораздо сложнее, чем тело, но на этот раз всё проходит гладко. Видимо, 85 иссяк, исчерпал запас пакостных сюрпризов. Даже не пытался выпутаться из сна, в который его погрузили на время, пока лишали всего, что связывает нава с Тьмой и сородичами. Асуре стало немного обидно за упрямого подопечного. Она бы сама, наверное, приберегла силы напоследок... Если бы знала заранее планы вивисекторов... Тьфу, не хватает ещё думать об этом и ставить себя на место врага!

А потом она снова переместила тело в камеру и осталась рядом. Некоторые образцы, утрачивая суть и разум, дичают, с ненавистью атакуют вообще всё живое, потому она приняла меры предосторожности. А ещё прикинула, где ему будет больно, когда начнёт возвращаться сознание, и постаралась заранее унять боль. Враг уже заплатил по счёту, а новое существо пусть знает от создателей только хорошее.

Она сидела рядом и слушала, как постепенно меняется ритм дыхания. Осторожно массировала виски существа, которое всего несколько часов назад было врагом, и до сих пор ужасно похоже на них: лицо не стали менять. И глаза открыл чёрные, навские. Ненависти в них не было. Хорошо: не дикий. Разума особого тоже не было. А ещё он принял массаж за ласку, улыбнулся, ловя взгляд асуры, забормотал что-то невнятное, потянулся к ней своими перебинтованными лапами -- в точности, как тянул из колыбели ручонки новорожденный брат. Тот, что ныне адъютант у Командующего, грозный воин, но сестра-то помнит... Младенческие жесты и лепет, младенческое выражение на взрослом, жёстком лице -- асуру передёрнуло. Она сморгнула, поморщилась и начала стремительно читать арканы, заканчивая закладывать в новое существо всё то, что по плану должно быть в образце 85. Теперь он, блаженно прижмурив глаза, слушал музыку её голоса. Не понимал магии, не понимал смысла слов. Речи его научат позже, по мере необходимости.

Когда асура замолчала, 85 снова посмотрел на неё. Протянул руку и осторожно, ласково коснулся её щеки:

– - Ама?

Она отстранилась и строго, чётко произнесла ключевое слово, закреплённое в нём теми самыми арканами:

– - Учитель.

Заметила, как разочарованно дрогнули и опустились углы его губ, а в глазах будто промелькнула тень прежнего упрямства. Отдала приказ, снова ключевыми словами:

– - Отдыхай и восстанавливайся.

Встала, вышла из клетки, другие дела не ждут. Зачем-то оглянулась -- 85 тоскливо смотрел ей вслед.

Прошло довольно много времени.

– - Ну и зачем ты это сделала? У образца 85 явный импринт на тебя, -- начальница недовольна.

– - Да, но кому от этого плохо? Он одинаково слушает приказы всех нас. Отлично учится, послушный и сообразительный, совсем не дикий.

– - Этот проект -- боец, но 85 не хватает настоящей свирепости. Он хорошо дерётся на тренировках, убивает навов быстро и чётко. Но я смотрю на него, и мне всё время кажется, что он о чём-то думает. А не должен!
– - добавляет старший учитель.

– - Я-то здесь при чём? Возможно, проект недоработан, или попался некачественный материал. Они только кажутся одинаковыми, эти навы. Повторите образец, сравните.

Асура сердилась, потому что 85 действительно привязался к ней, как собачонка. При любой возможности вертелся рядом, заглядывал в глаза. Ласковый и преданный пёс, готовый на всё ради любимой хозяйки: слушаться других, делать даже то, что совсем неприятно. Он уже немножко говорил, и после тренировки, где его ранили, вдруг пожаловался ей: "Больно, плохо". Никто из образцов никогда жаловался, только 85, ей одной. Асура не выразила ни удивления, ни недовольства, ответила стандартным: