– Не надо, ничего не говори. Я понимаю, тебе сейчас тяжело. Успокойся. Время лечит любую боль. Они все уйдут на небо.

Жрец поправил кожаное одеяло, заботливо накрывая дочь. Она видела, как Познавший Древо подошел к костру, как ворвался он в круг воинов, в прощальном танце провожающих в последний путь мертвых, как кричал он, призывая людей смотреть на Большую Гору.

Затем она видела Гичи-Маниту. Бог пришел к алдонтинам. Он был суров. Он смотрел прямо в глаза Ночному Цветку. И она испугалась. Она вспомнила все. Страх и отчаяние охватили женщину. Она знала: только смерть спасет ее от мучений.

Медленным, но твердым шагом Ночной Цветок поднималась на вершину взорванной энглишами скалы. Смерть будет безболезненной. Она просто шагнет вниз.

... Ночной Цветок родилась в семье жреца. Как и все девочки ее народа, она уже с четырех лет помогала взрослым. Мальчики учились владеть оружием и ездить верхом, а девочки обрабатывать охотничью добычу, выделывать шкуры. Они изготавливали глиняные горшки, обжигали и раскрашивали их, плели из прутьев корзины и другие прочные и добротные вещи. Девочки кроили платья и мокасины, шили и вышивали, разбирали и собирали походные типи при перекочевках. Девочки учились, как найти съедобные ягоды и корень, как отыскать норы хомяков и луговых собачек. Надо было уметь вытаскивать зверьков из нор так, чтобы они не укусили за руку. Вырастая, женщины должны были знать как перевязывать раны, различать и находить лечебные травы, научиться быстро каскаленными камнями нагреть типи-потельню, горячий воздух которой изгонял злых духов, несущих болезни.

Прожив пятнадцать Больших Солнц, девушка начинала готовиться к замужеству. И разве возьмет достойный воин в свой вигвам ту, которая не может ловко ездить верхом и быстро находить дороги в лесах и лугах? И кто же выберет ту, которая с трудом может снять шкуру, разделать тушу, высушить или закопать в землю мясо, очистить и высушить кишки?

Ночной Цветок, как дочь жреца, должна была уметь и еще многое другое. Женщины ее народа не были воинами. Они не могли принимать участия в совете воинов. Но с самых ранних лет в девочке проявились черты, не свойственные женщинам. Она тянулась в чарующий мир духов, заклинаний, магических слов, лечебных и ядовитых трав. Многие, даже могучие воины, отводили взгляд при встрече с девушкой. Уже с детства на ее лице проявлялись твердость и решительность. Блеск ее больших черных глаз обжигал. И лишь презрительно опущенные уголки рта говорили о таких непонятных и таинственных мыслях, переполнявших дочь жреца . . .

Ночной Цветок была еще подростком. Юноши устроили состязания в верховой езде. Первым среди равных всегда и во всем был Быстрый Ястреб. Девушка с замиранием сердца следила за скачками. Как боялась она, что с ним что-то случится. Но волнение отражалось только в блеске глаз. Никто не должен знать ее истинных чувств. Юноши выстроились на своих мустангах в линию и пустили их в галоп. Разгоряченные кони неслись лавиной. По свисту Быстрого Ястреба всадники резко осадили коней, стали. Они подчинялись ему как настоящему вождю

Юноши на всем скаку перепрыгивали на соседних мустангов и, и снова повторив прыжок, опять оказывались на своих конях. Но не у всех это получалось. Рядос с Ночным Цветком стояла Насмешливая Птичка. Она задорно смеялась над неудачниками.

– Смелее, смелее! Держитесь за ветер, и вы сможете прыгнуть поточнее. Ну что же так плохо сгибаются колени?!

Все девушки весело хохотали. Но не Ночной Цветок. Тогда Быстрый Ястреб и Сильный Удар, защищая юношей, проскакали по мелкой воде мимо девушек. Вода окатила их с ног до головы. Они завизжали и отпрянули. Но не Ночной Цветок. Она даже не повела бровью.

Занятия продолжались. Едущие друг за другом всадники, одновременно повернув коней, должны мгновенно образовать ряд. Но не всем одинаково удавалось это. Девочки вели себя уже потише, лишь одна Насмешливая Птичка не могла никак закрыть рта. И раздраженные юноши вновь пустились в сторону девочек с криками:

– Ложись! Носом в песок! Берегись!

Все бросились врассыпную. Лишь Насмешливая Птичка и Ночной Цветок не сошли в места. Но в последний момент и Насмешливая Птичка испугалась и, присев, согнулась. Только Ночной Цветок осталась стоять, как одинокое деревце. Всадники ударили пятками по бокам мустангов, и кони взмыли вверх. Сильный Удар перескочил сжавшуюся от страха Насмешливую Птичку.

Ночной Цветок увидела над собой копыта и брюхо коня. Защищая голову, она подняла руку и тут же почувствовала удар. Пошатнувшись, она все же устояла на ногах. Мустанги за спиной плюхнулись в воду. Девушка быстро спрятала покрасневшую руку за спину. Никому не следовало знать, что рука задета копытом.

Ночной Цветок вспоминала ту страшную ночь. Ее нашли без сознания рядом с мертвым Меткой Стрелой. Она лежала на краю селения. Меткая Стрела вынес ее из вигвама. На поясе воина было три скальпа белых людей. Значит она отомщена. Она уйдет на Заоблачные Поляны Охоты отомщенной. Свой позор она смоет смертью и муж встретит ее. Над селением, раскинув огромные крылья, привлеченные запахом горелого мяса, парили грифы-стервятники, тщетно надеясь устроить себе пиршество. Как ничтожна грань между жизнью и смертью.

Когда воины привезли укушенного гремучей змеей Темного Дыма, Познавший Древо впервые позволил дочери принять участие в излечении старого охотника. Темный Дым был без сознания. Он бредил. Тело покрылось холодным потом и блестело, словно намазанное медвежьим жиром. Жрец готовил противоядие. Драгоценное время неумолимо отсчитывало мгновения жизни воина. Рука выше локтя туго перевязана и яд еще не успел распространиться по всему телу. Девушка действовала молниеносно. Ножом она вырезала углубление в месте укуса и припала к ране губами. Как хотела она спасти воина! Как просила она Великого и Незримого, чтобы он оставил жизнь Темному Дыму. Девушка высасывала и сплевывала отравленную кровь. Во рту пересохло, челюсти сводило, губы занемели, непреодолимо хотелось пить. Но разве это могло что либо значить? Ведь она спасла жизнь воина.