Водитель захохотал, пыхнул папиросиной.

На другую сторону из кабины спрыгнул ещё один парень, в военном, правда без погон.

Ладный, стройный, в начищенных сапогах. Потянулся, широко развёл руками, обернулся.

Маша вздрогнула.

Чёрный глаз.

Чёрная повязка наискосок и дикий шрам наверх, через лоб.

– Здравствуйте!

Одноглазый шагнул в её сторону, ловко поправил фуражку.

– Вы – Мария?

– Да, я. А что такое?

Страшный парень по-доброму рассмеялся.

– Да у нас в посёлке с вечера воздушная тревога поселилась, в шарфике! Одна маленькая ведьмочка топает там ногами и требует срочно вас к ней доставить. Иначе грозит немедленно разорить наш замечательный новый колхоз!

– Томка?!

– Ага. Она самая. Орёт – крик дальше самых высоких сосен! Так что прошу вас, уважаемая гражданка Мария, немедленно проследовать на посадку и впредь никуда больше не теряться и от нас не отставать.

Утро.

Какое хорошее утро!

Грузовик был большой, загрузились людьми быстро, на этот раз без давки, без слёз и паники. Парни взяли её с собой в просторную кабину.

Мария устроилась между ними удобно, поправила юбку.

Водитель курил, часто высовываясь в открытое окошко, внимательно смотрел на разбитую городскую дорогу. Говорил больше одноглазый, рассказывал толковые вещи, полезные. Когда Мария о чём-то спрашивала, о непонятном ей, он отвечал подробно, с интересом.

В самом начале представился, познакомился.

– Сергей. Пока Сергей…

– Почему пока?

– Партийные органы предлагают мне ответственную должность, назначают вашим колхозом руководить. С учётом, так сказать, моего боевого опыта и политической зрелости. Вот назначат – буду для всех Сергеем Викторовичем. Вы, Мария, не против такого варианта?

– Сначала пусть назначат…

Помолчали.

Машина потихоньку выбиралась из центра на хорошие дороги, мелькали в пригороде небольшие ухоженные домишки.

– Без заборов…

– Чего?

Одноглазый вопросительно нахмурился, не расслышав, и наклонился к Марии.

– Заборов, говорю, нет! Вокруг домов только кустики ровные и от калитки везде – палисадник. Огородов нигде не видно…

– Огороды у них, у городских немцев, здесь устроены за домами, чтобы непорядок какой свой рабочий не выставлять на показ, а спереди – цветочки-лепесточки, для красоты. Чтобы соседи и прохожие видели, как они хорошо живут. Жили, то есть…

– О! Вот, смотри, смотри!

Мария замахала руками, а парень снова не понял.

– Чего-чего?

– Надписи эти одинаковые! Я вчера их заметила, не поняла, записала, чтобы потом разобраться, а тут – снова, на каждом большом фасаде. Вон, видишь! Справа, под самой крышей написано! О чём это они так?

– А-а, знакомое дело. На совещании особист рассказывал, что, когда наши на Кёнигсберг наступали, фашистские власти заставляли пацанят своих, немчиков, малевать в массовом порядке эти лозунги на стенах. Так сказать, для поднятия своего боевого духа. Переводится как "Мы не сдадимся никогда!". Ну, вот и не сдались… На главных улицах в городе такие призывы уже закрашивают, а здесь, по окраинам, это безобразие ещё остаётся, руки всё никак не доходят, другими важными делами занимаемся.

Когда выехали из города и машину перестало часто трясти на обломках кирпичей Мария почувствовала, что успокоилась.

Сосны.

Удивительные деревья по сторонам дороги.

Одинаково высокие, ровные, статные. Здесь ничего не напоминало на войне.

Слышно было, что в кузове люди тоже притихли, рассматривали красивый солнечный лес.

– А в вашем посёлке много людей уже живут?

Мария строго посмотрела на одноглазого, всем своим видом показывая, что настроена разговаривать только о работе.

– Ха!

Одноглазый по-прежнему веселился.

– Вы, Мария, будете тридцатым жителем! Если, конечно, никто вас по списку не опередит!

– А до войны там много немцев, то есть рыбаков, жило?

– Человек двести, примерно. Точное количество в бумагах есть, в городе, потом привезу, покажу.

– Много. И все рыбу ловили?

– Почти все. Кто-то больше занимался сетями, кто-то лодки смолил, поправлял их по надобности. Коптили рыбу, солили. Но всё это было единолично, каждый для себя! У нас будет по-другому – коллективно! Будем друг другу помогать, у каждого будет общественная нагрузка, колхозные обязанности. Не пропадём! Вот, к примеру, вы, гражданка Мария, по специальности кто будете?