Женщина уронила ключи как раз в тот момент, когда Коул ворвался в здание. Его глаза остановились на фальшивой мне, а затем на настоящей мне. Казалось, он колебался миллисекунду, прежде чем побежать ко мне настоящей.

Он оттолкнул коротко стриженую женщину в сторону и смахнул ключи с пола.

— Что случилось, Кира?

Я прикусила губу, чтобы не пришлось говорить.

Он вставил нужный ключ в замок и уже собирался повернуть его, когда заметил струйки дыма, поднимающиеся от цепи.

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Его широко раскрытые глаза сузились до щёлочек, и он вынул ключ.

Я закрыла глаза и крепко их сжала. Если бы я могла удариться головой о бетонный пол, я бы это сделала. Я была так близка.

Так чертовски близка…

Когда я открыла глаза, он всё еще смотрел на меня сверху вниз.

— Чего ты ждёшь? — закричала на него женщина, пытаясь выхватить ключи из его сжатого кулака.

— Это не Кира.

— Что ты имеешь в виду, это не Кира?

— Я имею в виду. Это… не. Моя. Сестра, — сказал он сквозь стиснутые зубы.

Женщина нахмурилась на него, потом на меня.

— О чём, чёрт возьми, ты говоришь, Коул? Это Кира! Сними с неё эту цепь.

Она попыталась вырвать у него ключи, и тогда он поднялся на ноги.

— СТОП! Всем остановиться! Фейри сыграла с нами злую шутку!

Тишина наполнила шумную комнату.

— Какую шутку? — спросил мужчина с окровавленным пластырем на щеке.

— Что происходит, Коул? — спросила его мать, осторожно приближаясь к нему.

— Лили каким-то образом заставляет нас думать, что Кира это она, а она это Кира.

По зданию пронеслись вздохи и возгласы.

Коул подошёл к своей сестре и прижал кусок цепи к её подбородку. Когда пламя не вспыхнуло, мужчина, закреплявший цепь, отпустил её. Коул вернулся ко мне и позвенел цепью на моих запястьях. И вот моя кожа запузырилась и задымила, рассеивая запах обугленной плоти.

— Фейри могут создавать иллюзии, не так ли, мама? — спросил он.

Конечно же, она подтвердила это.

— Ловкий маленький трюк, Лили, — Коул понизил голос.

Кто-то захлопал, но моё зрение было слишком затуманенным, чтобы разглядеть, кто надо мной смеётся.

— Я бы сказал, что это было не просто маленький и ловкий.

Я моргнула, услышав голос, который узнала бы где угодно.

Все до единого повернулись к входной двери здания.

Мой брат подмигнул мне как раз в тот момент, когда мужчина, который держал Киру, вскочил на ноги и, пошатываясь, направился к нему.

Брат похрустел шеей из стороны в сторону, а затем выставил руку.

— Если ты не хочешь, чтобы я смешал тебя с твоим презренным домом, я бы на твоём месте перестал семенить.

Мужчина затормозил в нескольких сантиметрах от поднятой ладони Эйса. Ленты пыли соскочили с ладони моего брата.

— Освободите мою сестру, пока я не разозлился ещё больше, чем сейчас, — сказал Эйс, его голос был острее, чем все стрелы Каджики. — Уверяю, вы не захотите видеть меня сердитым.

Все молчали. Никто не двигался. Кроме Киры. Она начала приходить в себя. Когда её глаза — а это снова были её глаза — остановились на Эйсе, она отшатнулась, а затем огляделась вокруг. Её бледные волосы взметнулись от резкого движения.

— Мама? — спросил Коул.

Хотя всё, что я могла видеть от Шарлотты, была её спина, но по прямой, как шомпол, спине я могла сказать, что она была настороже.

— Отпусти девушку.

Не глядя мне в глаза, Коул сделал, как ему было сказано, и цепь упала с моих запястий.

Он поднялся и отступил назад с видом раненого животного.

На ногах, которые ощущались отёкшими, я, спотыкаясь, подошла к Эйсу. Только после того, как он обнял меня одной рукой, я позволила себе расслабиться.

— Я убью Каджику, — прошипел он мне на ухо.

Я отодвинулась от него, качая головой. Я сжала пальцы в кулак и один раз ударила ими себя в грудь. «Моя». А потом я подняла мизинец и прикоснулась им ко лбу. «Идея».