Ирау не смог припомнить такой дамы.

— Извините, — смутился Паор.

— Хотя вообще-то я знаю даму по имени Сава, — вспомнил Ирау. — Но вряд ли ты, мальчик, имеешь в виду ее. Она не совсем майярка.

— Пожалуйста, назови ее, принц, — попросил Паор.

— Сейчас ей четырнадцать лет, она настоящая аоликану по виду… — начал Ирау.

— Но больше похожа на пригожего мальчика, чем на женщину? — спросил Паор.

— Верно, — согласился Ирау. — Кто тебе ее описывал? Паор, не отвечая, задал вопрос:

— Кто же эта дама?

— Принцесса Карэна, жена Руттула, дочь короля Лаави.

— Сургарская принцесса? — переспросил потрясенный Паор.

Ирау кивнул. Арзрау бросил на сына испытующий взгляд. Паор сделался задумчив, а после ужина, решившись, попросил отца позволить ему уехать и дать в сопровождающие несколько человек.

— Когда ты собираешься ехать? — спросил Арзрау.

— Сейчас, — ответил Паор. — Завтра выезжать будет неприлично. А дело срочное, отлагательств не терпит.

— Ты хочешь вернуть меч? — спросил Арзрау. — По-твоему, Руттул недостоин такого меча?

— Дареное не отбирают, — возразил Паор. — Нет, меня беспокоит не это. Я боюсь за принцессу Карэна. Ведь из Сургары доходят страшные вести. А она ничего не знает, — проговорил Паор. — Ей никто ничего не сказал — у нас ведь никогда ничего не сообщают чужеземцам. Майярцы ненавидят Руттула, не любят и ее. Кто ей поможет?

— Ты? — спросил Арзрау грустно. — Как?

— Надо отыскать и укрыть ее, — горячо сказал Паор. — Я не хочу, чтобы с ней случилось что-нибудь плохое.

— Ты найдешь ее и все ей расскажешь, — возразил Арзрау, — а она тут же помчится в Сургару. В такие минуты она захочет быть дома.

— Я удержу ее силой, — пылко сказал Паор. — Я спрячу ее в замке Драван. И не выпущу, пока не пройдет опасность.

— Этим ты обесчестишь ее, — напомнил Арзрау. — Захочет ли она спасения такой ценой?

— Я женюсь на ней, если Руттул ее бросит, — объявил Паор.

— Смотри, — предупредил его Арзрау, — слово принца — тверже клятвы.

— Мне не требуется напоминать об этом, — возразил Паор. — Я еду. Могу ли я взять с собой человек семь-восемь?

Арзрау согласился.

Паор уехал немедленно, надеясь навести справки в дороге. Выслеживать путь принцессы по Миттауру он не считал нужным — так можно и опоздать. Принцесса сказала, что собирается посмотреть праздник Атулитоки, значит, пока не окончится праздник, надо успеть добраться до границы с Сургарой. Времени хватало в самый обрез.

Во вторую ночь Атулитоки Сава, проснувшись, вдруг поняла, что в Сургаре что-то происходит. Она села в постели, нащупала около себя одежду и натянула на себя. Все было просто, так просто, что оставалось только диву даваться, какой дурой Сава оказалась.

Руттул отпустил ее с одним Стенхе. Стенхе стар и, хотя очень опытен, все-таки осуществлять полноценную охрану не в состоянии. Возможно, Руттул тайком направил Маву вслед за ней. Но очень похоже, что Руттул хотел спровадить Саву подальше от себя, все равно куда. И это странное прощание, которое должно было ее насторожить…

Теперь припомним.

Хаби должна была отправиться в горы — как будто бы ненадолго, но ведь любой срок можно удлинить.

Сауве находился с посольством в Саутхо и должен был, по предварительным расчетам, пробыть там до весны. Сауве — второй в Сургаре после Руттула. Ехать в Саутхо он не так уж и хотел, и Руттул заставил его туда поехать довольно ловким ходом — Сауве решил, что его интересы хотят обойти.

Малтэр, третий после Руттула, осень обычно проводил в Миттауре, на родине своей жены. Насколько знала Сава, у него был довольно богатый дом в Интави и земли в окрестностях города — приданое.

Совпадение ?

А если еще вспомнить, что под самыми разными благовидными предлогами Руттул отправил в другие страны большинство ученых, которых раньше так настойчиво приглашал в Сургару?

Чего-то опасного Руттул ожидал в своей стране.

Сава поискала другое решение этой задачки. Нечто подобное, вероятно, Руттул предпринял бы, если бы собрался навсегда уйти из Сургары, — вернуться к себе на родину, например. Но сам же Руттул сказал, что его зов о помощи дойдет до его соотечественников еще только лет через десять.

— А раньше? — спросила тогда Сава.

— А раньше, наугад, им меня не найти, — ответил Руттул.

В любом случае, решила Сава, ей следовало бы вернуться в Сургару.

Но оставался Стенхе, который наверняка что-то знал: уж очень подозрительными казались его уговоры подольше задержаться в Миттауре.

Как, как можно убежать из-под его опеки? Каким способом обмануть его?

…Стенхе перехитрил сам себя. Ему уже приходилось задумываться о том, каким образом можно задержать Саву в Миттауре и после Атулитоки. Долго он сможет тянуть? И под каким, собственно, предлогом? Стенхе уже совсем было решил совершить какое-нибудь не очень серьезное преступление, из тех, что в Миттауре наказываются крупным штрафом. Он мог бы тогда, предупредив Павутро, объявить, что денег у него нет. Павутро, к которому в первую очередь кинулась бы Сава, тоже ответил бы отказом под каким-нибудь благовидным предлогом. В подобных случаях миттауское правосудие предпочитает взять залог. А что у них с Савой с собой ценного? Только княжеское вооружение, но его Сава никогда в залог не отдаст. Тогда, понимал Стенхе, судья предложит ему оставить в залог «сына». Стенхе — ничего не поделаешь! — конечно, согласится, хотя и с мучительными душевными переживаниями. Он уедет, а Сава останется в Миттауре.