Джулиан ждал, наблюдая за смятением на ее лице. Он почти слышал, как щелкает у нее в мозгу, и понял, что проиграл, еще до того, как она едва заметно отрицательно покачала головой. Ему не надо было спрашивать. Надо было просто увлечь, завоевать ее, как раньше. Он мог доставить ей удовольствие и знал, что для него это было бы божественно.

Но Джулиан обнаружил, что не хочет, чтобы лишь обстоятельства побудили ее к страсти. Не хочет, чтобы случайное соприкосновение тел было причиной ее желания. Ему необходимо знать, что она думает именно о нем, что он тот, кого она страстно желает.

Невыносимо было бы снова сомневаться, гадать, не является ли он заменой того, по кому она действительно томится. Ему хотелось, чтобы она смотрела в его глаза и говорила ему: «Да, Джулиан, да».

– Нет, – прошептала Иззи.

Он обхватил ладонями ее лицо, но с вздохом заставил себя ослабить хватку. Иззи отодвинулась и слезла с него. Он лежал, не шевелясь до тех пор, пока отзвук захлопнувшейся двери не заставил его закрыть глаза от потери. Приближающаяся гроза послала еще одно громовое предупреждение.

– Пожар! Пожар! Дом горит!

Колокол на конюшне зазвонил как безумный. Еще не успев полностью проснуться, Джулиан соскочил с кровати и бросился к двери. Распахнув ее, он схватил первого, кто попался ему на пути.

– Пожар, милорд! – Молодая горничная, которую он схватил, взвизгнула, округлив глаза, увидев, что он в неглиже.

– Где?

– В людской, милорд! В северном крыле, рядом с кухней! – Удерживаемая мертвой хваткой за руку, девушка безумно затрясла головой. – Нам лучше бежать, милорд! Мы все сгорим в своих постелях!

Не потрудившись указать на то, что никто из них сейчас не в постели, Джулиан отпустил ее. Симмс уже стоял у него за спиной с рубашкой и сапогами. Натянув их и не тратя времени на застегивание пуговиц, Джулиан засунул рубашку в брюки и побежал, слуга за ним.

Он почувствовал запах дыма задолго до того, как увидел какие-либо признаки пожара. Снаружи стало видно и пламя.

Деревянная пристройка к крылу уже начала обрушиваться, огонь перекинулся на первый этаж дома. В кухонном дворе царил беспорядок, хотя дворецкий герцога организовал работу маленькой пожарной бригады с ведрами. Джулиан подлетел к нему:

– Что случилось?

– Должно быть, ветер надул в печную трубу. Откуда ни возьмись, повалил дым, и балки над кухней рухнули, а потом все заполыхало.

– Продолжайте поливать из ведер. Если нам удастся продержаться, дождь может стать для нас спасением.

Дворецкий поднял на него угрюмый взгляд:

– Дождя не будет. Уже сколько часов он собирается, но только гром гремит и молнии сверкают. Мы потеряем дом, как пить дать, потеряем.

– Продолжайте делать свое дело! – прорычал Джулиан. Зашагав, прочь, он начал раздавать приказания запаниковавшим слугам. При этом тревога не покидала его. С Иззи все будет в порядке, говорил он себе. Ее комната далеко, в семейном крыле. Случись худшее, будет достаточно времени, чтобы вывести ее.

Он задрал голову вверх, чтобы посмотреть, есть ли причина беспокоиться из-за ветра. К его облегчению, он, казалось, дул в северном направлении, рассылая искры в сторону от дома. Пока лучше не пугать Иззи. Он приказал мужчинам найти ведра и присоединиться к цепочке. Оттащив в сторону двух постарше, велел им подготовить место для обработки ожогов у пострадавших.

Хотя почти все, кажется, были целы, один тучный повар лежал на земле, сжимая обожженную руку, и громко стонал. На других обгорела одежда, но, несмотря на это, они работали. Оттащив в сторону женщину, которая пересчитывала перепуганных служанок, он проорал ей на ухо, перекрикивая хаос:

– Все вышли?

– Не знаю, милорд. Никто не видел четырех девочек, которые спят в дальней угловой комнате!

Джулиан почувствовал озноб. Наверняка совсем молоденькие, не старше четырнадцати.

– Проклятие! – Он направился к дому.

– Джулиан!

Он резко развернулся. Иззи бежала к нему, глаза широко распахнуты. Она сама выглядела как ребенок, с распущенными волосами и в белом халате, скрывающем фигуру.

– Иззи! Возвращайся назад!

– Я хочу помочь! Что я могу сделать? Неотложность миссии Джулиана сделала его резким.

Он оттолкнул ее от горевшего дома.

– Ты не в том положении, чтобы помогать. Держись подальше и не мешай остальным делать свое дело!

В этот момент пронзительное лошадиное ржание разрезало воздух. Джулиан дернулся, словно от пули. Он с ужасом увидел, что крыша конюшни дымится. Искры от дома упали на сухую кровельную дранку, и не оставалось сомнений, что дерево скоро вспыхнет.

– Джулиан! Лошади! – Ошеломленная Иззи повернулась к нему. Лицо его было как камень, но глаза выдавали муку.