Подхватив на руки самую маленькую девочку, которой было не больше десяти, он натянул влажную тряпку на лицо и открыл дверь в коридор. Огонь усилился, и жар опалил им кожу.

Одна из девочек вскрикнула и попыталась забежать обратно в комнату, но старшая схватила ее за волосы и потащила вперед. Джулиан бросил на нее одобрительный взгляд, и ее покрасневшие глаза прищурились от улыбки.

Ему не стоит беспокоиться о поисках обратной дороги, ибо дети наверняка найдут ее и в темноте.

Самая высокая девочка уверенно продвигалась в густом дыму.

Они шли кружным путем, сворачивая то здесь, то там, пока не подошли к узкой лестнице. Потом спустились вниз, в еще один полный дыма коридор. Джулиан надеялся, что его план удастся, ибо второго шанса не представится.

Первый этаж был охвачен огнем. Джулиан ощущал жар пола. Лишь тот факт, что здание старое, выстроенное из камня, и довольно неприступное, удерживало огонь от быстрого распространения вверх. Скоро, однако, он прорвется выше, и тот воздух, который у них еще есть, исчезнет, поглощенный жадным пламенем.

Им приходилось пригибаться и бежать чуть ли не на четвереньках, ибо выше жар была просто невыносимым. Джулиан держался за маленькую ручку, которая вела его по извилистому пути назад к внешней стене.

– Сюда! Сюда! – послышался сдавленный крик, и Джулиан врезался в стену в конце коридора. Там была еще одна дверь, точно в таком же месте, как и наверху. Они ввалились в комнату, Джулиан поставил свою ношу и бросился к окну. Безуспешно подергав заевшую задвижку, он упростил дело, разбив стекло локтем.

В тот же миг прохладный воздух с улицы ворвался в комнату, девочки облегченно вздохнули. Воспользовавшись кочергой, поданной ему его сообразительной помощницей, Джулиан выбил остатки стекла и высунулся наружу. Снизу ждала добрая дюжина мужчин, которые, крича от облегчения, стряхивали с плеч осколки.

Джулиан потянулся к самой высокой Девочке, но она отступила и подтолкнула в его руки младшую. Перебросив визжавшую девочку через подоконник, он свесил ее как можно ниже. Все равно оставалось еще футов двадцать пять до вытянутых рук внизу, но выбора не было. Он отпустил. Один крупный парень поймал ее, но для этого ему пришлось упасть на колени.

Повернувшись, он потянул к себе еще одну девочку и отправил ее к ожидавшим внизу. И еще одну. И тут он скорее почувствовал, нежели услышал грохот. Грохот все усиливался. Джулиан устремил покрасневшие глаза на последнюю девочку.

– Огонь? – прохрипел он и был ошеломлен, когда она широко улыбнулась.

– Нет, милорд! Дождь! – Сипло крича, она указывала ему за спину. И, правда. Небеса разверзлись, и плотная стена дождя обрушилась на землю. Смеясь от облегчения, Джулиан схватил девочку и покружил, прежде чем бросить ее ликующим мужчинам внизу.

Иззи с облегчением вдохнула, когда они с Лиззи вырвались на чистый ночной воздух. Оглянувшись через плечо, когда выпускала кобылу за ворота, она увидела красное мерцание пламени в окне чердака конюшни. Огонь теперь быстро распространится по конюшне, пожирая деревянный остов строения и солому, сложенную внутри.

Ее спасательная операция скоро станет слишком рискованной. Нет времени выводить всех. При том, что Иззи очень любила лошадей, она не могла подвергать опасности собственную жизнь и жизнь ребенка. Прикусив губу, она прислушалась к усиливавшемуся испуганному ржанию лошадей, оставшихся внутри. Скоро с ними невозможно будет справиться.

Слезы подступили к ее покрасневшим глазам, пока она взвешивала все «за» и «против», приложив ладонь к животу. Еще одна ходка. Просто чтобы открыть двери стойл и дать бедным животным шанс. Это единственное, что она может сделать. Дать им шанс остаться в живых.

Решительно шагнув в конюшню, Иззи зажала рот и нос халатом, чтобы хоть немного воспрепятствовать проникновению в легкие дыма, который начал просачиваться сквозь нижний уровень здания. Когда она подошла к занятым стойлам, лошади немного успокоились от знакомого звука ее голоса.

В душе она благословила свое стремление подружиться с ними за эти последние недели, ибо теперь они доверяли ей. Когда рука ее коснулась первой закрытой задвижки, она быстро подняла ее и широко распахнула двойные двери.

Следующее стойло, и еще одна лошадь умчалась в ночь. Еще одна и еще, до тех пор, пока не осталась всего одна. Иззи видела бледное сияние белой шкуры сквозь перекладины в стене стойла.

Это была белая кобыла, которую Джулиан приобрел всего несколько дней назад. Хотя кобыла ее не знала, Иззи заговорила с ней тихим и мягким голосом, несмотря на частый кашель. Дым мрачно клубился над головой, и в тусклом свете было видно, как он сгущается.