Вскоре мы уже наслаждались крепким кофе и сладкими воздушными пирожными.

— Так почему ты здесь? Почему ты… расторг помолвку? — голос сестры дрогнул, она опустила взгляд, руки сами собой принялись разглаживать несуществующие складки на мантии.

— Потому что ты не должна выходить замуж за того, кто тебе неприятен. Тем более если он тебя бьёт, — я ответил, стараясь оставаться максимально спокойным. Не хватало ещё, чтобы сейчас вырвалась молния. Не прощу себя, если наврежу Катрин.

Торопясь опровергнуть одну свою мысль, наклонился вперёд и бесцеремонно взял сестру за подбородок. Она замерла, как кролик перед удавом, но я лишь убрал каштановые кудри с её лица и внимательно осмотрел его на предмет повреждений. Слава всем богам, ничего лишнего на её коже не было, иначе бы я точно не смог сдержаться и сотворил бы что-нибудь опасное.

— Ты чего? — отмерла наконец Катрин и отдёрнулась.

— Да так, не обращай внимания, — отмахнулся я.

— Откуда ты вообще… узнал?

Эти её эмоциональные резкие смены меня убивали. Вот она смелая и решительная, та, которой я её запомнил. А вот она уже прячет глаза, теряется, стоит мне только упомянуть что-то, связанное с Жарондом… Может, не стоило мне отменять дуэль? Нет, не время идти на поводу у эмоций, это было правильным решением.

— Давай оставим эту тему? — мне совершенно не хотелось говорить о том, что делало мою сестру грустной. — Главное, что тебе это больше не нужно.

— Но дядя же не просто так договорился об этой помолвке… — нерешительно выговорила Катрин.

— Забудь о нём, — отрезал я. — Больше Кларенс тебе не указ, — я вынул из кармана бумаги о том, что теперь главой рода являюсь я.

— Арх… — радостно сверкнула она глазами, прочитав. — Это же чудесно!

— И да, у меня есть кое-что твоё, — я вытащил из внутреннего кармана тот самый чек, что привезла Амелия. — Возьми, — у самого как будто камень с груди испарился, даже дышать стало легче. Этот дастов клочок бумаги изводил меня днём и ночью.

Катрин большими глазами уставилась на протягиваемый чек.

— Но как тогда ты оплатил пошлину? — ошарашенно выговорила она.

— Скажем так, я вернул некоторые наши семейные активы. И этого хватило, чтобы подняться на ноги. Теперь тебе не надо больше беспокоиться о деньгах. Об этом буду думать я.

Катрин покачала головой.

— Я не знаю, что сказать.

— А ты не говори, ты ешь, — улыбнулся я.

Как раз принесли мороженное, так что Катрин с удовольствием выполнила мою просьбу.

— А когда у тебя открылся дар? — всё-таки не удержалась от дальнейших расспросов сестра. — И кто эта девушка, что была с тобой?

— Дар у меня открылся, когда я упал в один из штоков на рудниках, — туманно пояснил я, и тут же решительно перевёл тему. — Да что мы все обо мне, расскажи, как тебе тут живётся.

Манёвр удался, Катрин с удовольствием стала посвящать меня в тонкости студенческой жизни. При этом её глаза сверкали, щеки раскраснелись, руки то и дело порхали, описывая очередные события.

А я просто молча любовался своей красавицей сестрой, наконец сбросившей с себя весь тот гнёт, что висел на ней до этого. Да, весь мой пройденный путь стоил того, чтобы оказаться здесь и сейчас. А дальше свою жизнь я должен устраивать с тем условием, что на мне лежит ответственность за счастье Катрин.

Мы просидели в кафе ещё пар часов, после чего пошли гулять по парку. Нагуляв голод, Катрин повела меня в столовую, куда постепенно стекались все группы студентов.

Зайдя, сестра помахала подругам: блондинке и брюнетке, мы подсели к ним, но вдруг эти две девицы в мантиях поднялись, смерили нам холодными взглядами и устремились к другому столику.

— Девочки, вы куда? — с растерянностью в голосе спросила Катрин.

Брюнетка громко фыркнула.

— И ты смеешь спрашивать у меня, графини Дель Блан, куда я направляюсь, и считаешь, что я должна тебе ответить и отчитаться о своих планах? — высокомерием от неё разило за версту.

Блондинка не отстала от подруги и поддержала:

— Низкородные совсем края потеряли, — протянула она, вытягивая губы.

Я сначала наблюдал за этим с поднятой бровью, затем сощурился, оценивая окружающую обстановку и понимая, что игра на публику проходит очень удачно, многие взгляды уже обращены на нас, начали гулять шепотки, на нас уже даже пальцами стали указывать. И кто их воспитывал?..

Катрин на глазах из радостной девчонки превратилась в потерянную. Часто моргая, она пыталась собрать силы, чтобы выдержать внезапно нанесённый удар. Я скривился.