Ещё совсем недавно он мог позволить себе многое. – Да что там многое! Приходя поздно вечером с работы, мог расслабиться, выпить кофе, и смотреть, как на экране телевизора длинноногие девки пристраивают свои дорогостоящие прелести к борту морской яхты, рекламируя то ли эту яхту, то ли клинику пластической хирургии. Мог прикидывать, хватит ли у него денег на содержание такой посудины вместе с жопастыми опциями… А что теперь?

2

А теперь: может быть, и правда, в этой жизни неважно как ты падаешь. Важно только как ты поднимаешься.

Несколько дней назад его процветавшая, всё время набиравшая силу и известность фирма разорилась. Внезапно. Как это могло быть только в девяностые и в начале двухтысячных. Девять лет почти каторжного труда без выходных привели к тому, что он оказался даже без квартиры. Свои убытки на него «повесили» сразу две крупные фирмы, а банк потребовал немедленно погасить средства, полученные по кредитной линии. Деньги были им сняты со всех счетов. Даже те, которые успел «вывести» за границу. Даже часть оборотных. Слава богу, машина осталась за ним. Хорошо ещё, что информация обо всём этом пока не сильно распространилась. Всё оставалось на уровне банковской операционной деятельности.

На его манипуляции по срочной добыче денег ушло три дня. А на четвёртый позвонил один из приятелей-господ Пашкевич и спросил, не желает ли он завтра поучаствовать в «охоте».

Ну что ж, в этот момент он был готов убить всех! Да и встряхнуться после всего этого неплохо. В этой жизни нужно попытаться попробовать всё… Зачем? – А так, напоследок! Или отказаться? Как он делал это раньше не один раз, сославшись на занятость. Ну, что ж, условия и этой «игры» он знал…

– А Аркаша будет? – спросил на всякий случай Виталик.

– Да будет твой Аркаша… Он сам недавно просился. Но, учти, в пять утра выезжаем, – сказал Пашкевич. – Я тебе позвоню.

Аркаша был другом детства. Вместе учились в школе, правда, в разных классах. В школьной футбольной команде оба были полузащитниками. Вместе учились в Политехническом институте. В начале 90-х оба стали «челноками», возили из Польши и Турции шмотки и перепродавали их на московских рынках. Позже знакомые турки заинтересовали туристическим бизнесом. В чём-то, даже, помогли. И вместе с безотказным Аркашей они занялись именно торгово-туристическим бизнесом.

Виталик с детства был немного посообразительней, и почти сразу зарегистрировал свою фирму. А, обычно повторявшего всё, что делал Виталик, Аркашу взял в свои заместители. Правда, без права подписи финансовых документов. Вообще, в их тандеме Виталик как-то сразу стал старшим. Конечно, Аркаша, разобравшись, что к чему, тоже зарегистрировал свою собственную контору, по обыкновению копируя всё, что делал «старший». И, таким образом, в конторе Аркаши Виталик тоже стал его заместителем. И тоже – без права подписи. А что?.. В этом шатком бизнесе стоять на двух ногах было гораздо удобней. И дело у них пошло.

Через несколько лет они уже жили в старом доме в пределах Садового кольца, высвободив потихоньку для себя по четырёхкомнатной квартире после почти ненасильственного расселения коммуналок. Виталик обосновался на третьем, а Аркаша – на втором этаже. Установили бронированные двери, а ниже второго этажа – решетку из спецстали. Даже автоген ее не брал, можно было только взорвать. Старые стены облагородили, а лестницу, сплошь заросшую кошками, ночными кошмарами и заплесневевшими окурками, восстановили в первозданно помпезном виде. В общем, добивались «статуса», старательно «кося» под новых «хозяев жизни».

И вот теперь, нужно было признаться Аркаше, что он, Виталик, всегда бывший первым номером в их тандеме, расслабился, загордился, и попался как лох! Нет, пока он не может этого сделать… Ведь до конца он ещё в самом себе не «уложил» ощущение полного жизненного краха…

Надо сказать, что в те годы особенно свирепствовала так называемая эпидемия ОРЗ (Откаты, Распилы и Заносы). И Виталик с Аркашей тоже поучаствовали в этой вакханалии. Конечно, в меру своих возможностей.

В результате, пятизвездочные отели на берегах тёплых морей регулярно принимали в своих уютных бунгало нужных чиновников со всеми их домочадцами, нужных банковских служащих, и, вообще, всех нужных… И всё было до неприличия хорошо и благостно. Виталик с Аркашей постепенно обрастали нужными им связями и становились заметными в тогдашней Москве людьми. А чиновники легко поддавались на взятки, словно руководствуясь императивом:

«Все, что может быть украдено, должно быть украдено! А то, что не может быть украдено, потом все равно должно быть украдено».

Насытившись украденным, и, даже, всё ещё продолжая насыщаться, эти люди потом активно «спасались». На Западе. Покупая там квартиры и дома. Хотя, кое-кто считал, что спасаться нужно на Востоке. Виталик с Аркашей полагали, что спасаться им пока ещё рано. Но нигилизм с циничной улыбкой и холодным блеском равнодушных глаз постепенно закрадывался и в их растопыренные души, пока вальяжно и окончательно не расположился на позолоченных стульчаках в их квартирах.