19

К мусорным бакам, в интересного покроя шубе с разноцветными вставками, в вязаном «петухе» и стоптанных мужских полуботинках барской походкой подруливала местная бомжиха.

О бабе Любе можно было сочинять легенды, песни и фильмы. Жила в подвале дома напротив. Все соседи у неё были по традиции мерзавцами, ворами и тайными отравителями. Баба Люба, конечно, человек принципиальный, и если что-то ей не нравилось в мироздании, она объясняла это выражениями, достойными словаря русского специального языка, да и то лучше в обратном переводе с английского. Причём тексты были всегда нетривиальные и, поэтому, запоминались… А не нравилось ей почти всё.

Свету она знала и не одобряла в ней то, что та живет на седьмом этаже и выбрасывает слишком мало бытового мусора.

Света припала лбом к холодному стеклу: с невозмутимостью, достойной разве что коронованных особ, баба Люба успела тщательно обследовать содержимое мусорных баков. Черезчур низко наклонившись над одним из них, ушла с головой в его космическую бездну. «Вот балда! А как обратно?» Захватив косметичку и плед, Светлана расположилась на табурете у окна, ловко манипулируя у лица кисточками, щипчиками и щёточками. А внизу в ящике не менее шустро действовала баба Люба. Время поджимало одну, а мороз заставлял шевелиться другую. Но целеустремлённости им обеим было не занимать.

Изредка Света кидала взгляд посмотреть, как там дела. «У-у-у, работяга!» – ирония слегка тонировала горький привкус, оставшийся после вчерашнего «праздника». В очередной раз заметила свору бездомных собак. Их внимание привлекли тканевые сумки, аккуратно поджидавшие хозяйку в стороне. Голод – не тётка! Одновременно штук восемь пастей рванули ветхую материю на себя. «Вот так! Допрыгалась!» Светка почему-то стала переживать за Бабу Любу, наверное, как представитель одного с ней вида существ против другого.

– Не на ту нарвались! Вмиг прекратив разглядывать солнце сквозь телескопы разнокалиберных бутылок, командирша окрестных помоек пошла в наступление. Вместе с интересными утверждениями о несправедливости мироздания в цель полетело всё подряд из мусорного ящика. А когда осознала, что крепким словцом этих тварей не проймёшь, решила карабкаться на волю. Она тяжело подпрыгнула и повисла, балансируя, как акробат под куполом цирка, на остром краю ящика. Ещё чуть-чуть – и свободна. И тогда держись! «Лезь, давай! Хоть бы помог кто!..»

О, чудо! Мольбы неожиданно оказались услышаны. К подъезду лихо подлетел на новеньком «Мерседесе» Аркадий, круто развернулся и громко засигналил. Свора кинулась врассыпную. А баба Люба, как переспевшая груша, шмякнулась меж контейнеров и шустро ворочая тазом, по-пластунски двинула к авоськам.

Спустя несколько минут, закутав голову мохеровым шарфом, Светка подбежала к машине.

– Поздравляю! – Запыхалась она с мороза. – Вы только что совершили добрый поступок.

Шеф принял намёк по-своему:

– Подумаешь! Не дал красивой женщине замёрзнуть по пути на работу. Отработаешь! – Садись быстрей, мне потом ещё в «налоговую» ехать. И резко рванул машину с места.

«Ну, вот! Опять мне отрабатывать! Сам попробовал бы!» – огрызнулась про себя то ли подруга, то ли менеджер, то ли вообще непонятно кто, и отвернулась к окну.

Обида не позволяла ей думать с быстротой речи. Трудно, всё-таки, с первого раза стать настоящей женщиной! Поэтому решение не выработалось моментально. А баба Люба, оправившись от потрясений, уже деловито распихивала по сумкам «добычу». Заметив, что кто-то интересуется ею из авто, подхватила с земли осколок бутылки и запустила вслед. «Дура!» – непонятно, то ли в свой, то ли в её адрес Света вынесла окончательный приговор.

Конец ознакомительного фрагмента.