Проснулся только от того, что метку Древних на руке защипало. Сонно продираю глаза, и только потом до меня доходит, что надо заглянуть в свой духовный мир.

' Турнир Сопряжения Миров, пятый этап Восхождения — Сеятель.

— Перенос участников в зону испытания начнется через тридцать ударов сердца.

— По факту прибытия у вас будет шестьдесят ударов сердца на то, чтобы отказаться от участия в Турнире. Для этого вам надо влить ману в метку на руке.'

Вот и отлично. Осмотрюсь и там буду принимать решение.

Только я поднялся на ноги и взял в руки меч, как меня перенесло в зону пятого этапа Турнира Сопряжения.

*Вздынь*

Голые ноги кольнул острый камень. Я очутился у подножья высокого, чадно дымящегося вулкана. В небо уходил мощный столп черного дыма. Куда ни глянь, один лишь гравий, невысокие скалистые холмы и черный песок. Ни животных, ни растений, ничего. Нет ни единого намека на жизнь. Не видно ни источников опасности, ни сути испытания.

Странно. Если следовать логике рассказанного Киллианом, в пятом этапе Турнира Сопряжения опасно участвовать тем, кто не имеет ранга старшего магистра [5]. То есть ходить по стенам, воде, уметь уменьшать вес предметов и принимать свою стихийную форму. Но, чёрт возьми, вулкан! Зачем вообще тут может понадобиться столь экзотический набор высокоранговых техник? Извержение даже ветерану [2] легко пережить.

Во вспышках света начали прибывать другие участники Турнира. Не-мёртвые и жуки попадались вперемешку с орками, и тут же вспыхнуло сражение насмерть. Охотники тоже вступили в бой!

Почуяв на себе недобрый взгляд, накидываю «доспех духа» и резко оборачиваюсь. Шум сражения, верещат жуки! Орк обратился в прозрачного грозного духа ветра и, метая молнии, набросился на жуков. Ему в бок с размаху ударил топором воин плоти. Массивная горгулья из некроплоти полосовала орка-духа сразу четырьмя клинками, заставив уйти в глухую оборону. Вокруг творилось черт знает что!

Наконец, я почуял направление взгляда. Метрах в ста от меня на холме стоял Андреас Гаус. Аура призывателя-абсолюта [7] полыхала грязно черным факелом. Никто и не думал к нему приближаться, чуя исходящую от него опасность.

Гаус гаденько улыбался, глядя на меня, но никаких действий не предпринимал. Я замер, всем своим духом чувствуя нарастающую угрозу. Влил в Рубаку «Паралич». Наложил Усиление, Ускорение, Фокус… но тут глаз зацепился за тень, стремительно передвигающуюся от камня к камню. Живую тень!

[Опасность!] — завопила чуйка. Со всех сторон слышится грохот, визг жуков и довольное орочье «Чвии-и-и!»

— Довлатов, справа! — слышу издали крик Нереи. — Не смотри на обманку перед носом.

Из-под ближайшего булыжника вырвалась теневая тварь. Черный склизкий головастик с пастью на полтела и размером со взрослого телёнка. Эта образина вцепилась мне в руку, по самое плечо. Причем именно в ту часть, где находилась уже начавшая покалывать метка Древних!

Время на раздумье вышло.

В пылу схватки время на подумать — это роскошь. Всё тот же безжизненный вулкан, под ногами хрустит галька и чёрный песок.

— Чви! — воинственно заорав, один из орков превратился в четырёхрукого пламенного великана. Огненная аура старшего магистра [5] тут же разошлась от него по округе. Секундой позже в орка-великана живым пушечным ядром влетает Шар Плоти. Нежить в ранге архонта [6] действовала хитро! Выпустив наружу свой аспект в виде тысячи длинных рук, не-мёртвый выставил их вперёд, пробираясь сквозь огонь.

Пламенный великан покачнулся от удара, но не упал.

— Чви-ии! — зарычав, пламенный великан схватил Шар Плоти за отростки и перекинул через себя, с грохотом впечатав в землю. — Орки сильные! Орки всегда сильные.

В момент падения многотонной туши земля дрогнула, но никто на это не обратил внимание. На поле боя царила неразбериха.

Люди, собравшись в команды, сцепились с жуками. Где-то на горизонте мелькнул Железкин в стихийной форме каменного великана. Боцман рыча колошматил жука-танка огромным топором. Выброс силы шёл такой, что никто не смел приблизиться к месту схватки.

Боевой Будда Персефоны вспыхнул где-то справа. Десятиметровая статуя с сотней рук обрушила град мощнейших ударов на всех, до кого могла дотянуться. В толпе замелькали десятки боевых кукол Аккомана. Руки-копья, руки-мечи, кнуты, щиты, даже клещи для удержания добычи — кукловод задействовал в сражении свои самые смертоносные творения, дав мощный отпор жукам.