Торон что-то говорил, но я его не слышал. Нахлынула такая апатия, что весь мир вокруг будто перестал существовать. Я находился в аквариуме, в комнате с мониторами вместо стен. Чувствовал лишь холодную пустоту внутри себя, ту самую, демоническую. Которая пронизывала до мозга костей, до самой души.

Уйти отсюда куда угодно, но подальше от этого чувства. Глупец, будто можно убежать от такого… Но терпеть невозможно, нужно сделать хоть что-то.

Я почему-то остановился, это заставило меня частично вернуться к реальности. Парк вокруг, кусты, деревья, где-то вдалеке голоса студентов на прогулке. И Торон. Он уже поднялся с коленей и схватил меня за руку, потому и я не мог двигаться вперёд. Странно, даже не почувствовал его прикосновения к себе.

— Пожалуйста, Ксандр! — его голос был полон отчаяния. — Не уходи просто так. Назови меня сволочью или кем угодно, но не молчи. Я не хотел, правда, я не собирался. Не знаю, как так вышло. Это не оправдание. Просто я… Я такое ничтожество, я не могу отказывать другим. Никогда ничего не просили, никогда так не относились. Он был убедителен и будто на меня что-то нашло.

— Не трожь меня, — услышал я свой тихий голос.

— Что? — он смолк.

— Руки убрал! — резким движением вырвал свою конечность из его ладоней, отчего парень оступился и чуть было не упал. — Сколько.

— Что? — снова заладил он.

— Сколько она стоит, твоя… дружба. Сто золотых, двести? Или больше? Когда-то меня продали за тысячу. Надеюсь, не продешевил? Какой же я идиот, какой идиот…

Ладонь потянулась к глазам и накрыла веки. Внутри груди появилась дрожь, ещё и звук странный. Хотя… Это же мой собственный смех. Без эмоций.

— Ксандр…

Торон смотрел на меня испуганно, даже отступил на шаг. Без понятия, как я выглядел в этот момент. Неужели действительно как-то страшно? Да чёрт с ним, раз всё покупается и продаётся, что там, на Земле, что тут…

— Сколько? — я опустил руку, повторяя свой вопрос. — Сколько ты стоишь? Я хочу купить тебя. Тысячи хватит? Будешь ходить за мной хвостиком и во всём потакать. Но есть условия, ты должен играть искренность. Что бы я… не усомнился.

— Что ты такое говоришь? Мне не нужны твои деньги, — парень шагнул ко мне ближе и взял обеими своими ладонями мою. — Просто прости меня, молю. Ш-ш-ш… что… Что ты делаешь?!

Он в ужасе отпрыгнул, так как я доставал из себя мешок. Надо же, вообще ничего не почувствовал, хотя обычно это очень неприятно.

— Бери, — я протянул ему деньги. — Здесь две с половиной тысячи золотых. Почти. Есть ещё четыреста. Ну как, этого будет достаточно? Купить твою верность. Всю, целиком. Чтобы даже самая моя страшная тайна не перевесила это золото и твою лояльность. Ну же, бери. Тебе ведь это нужно?

Я шагнул к парню и схватил руку, чтобы всучить верхнюю часть мешка. Но стоило убрать свои ладони от его пальцев, как те разжались и груз с характерным звоном брякнулся на каменную плитку дорожки.

— Что, мало? — я улыбнулся, пересиливая горечь обиды. — Прости, но больше у меня ничего нет. Просто… просто назови сумму. Может, я смогу достать.

Торон ошарашенно смотрел на меня, он стоял с протянутой рукой и открытым ртом, будто был не в силах что-то сказать. Что, мозг перегрелся от расчётов себестоимости?

Какой же я ничтожный. Что там, что здесь. Вот вроде на морду повезло смазливую, но где оно счастье, где? Королевских кровей, вот она магия. Лучше бы был уродом и калекой, но в семье, где любят и заботятся, где не предают. Счастье вообще существует, или это сферический конь в вакууме? Лишь слово, концепция, которая не имеет отношения к реальности.

Келвэнин наконец вышел из оцепенения. Он поднял мешок, что заставило меня усмехнуться. Неужели почти трёх тысяч будет достаточно? Хотя бы для искусственной, но дружбы с атрибутами настоящей. Если иллюзия будет близка, то я согласен. Хотя бы так.

Я ожидал чего угодно, но не что парень ткнёт мне мешком в грудь:

— Забирай, — его голос был серьёзен как никогда.

Внутри всё рухнуло, земля ушла из-под ног. Неужели… всё же недостаточно?

— Мне не нужно ничего. Я прошу лишь одного: прощения, — продолжал парень. — Дай шанс загладить вину. Умоляю, позволь быть твоим другом.

Смотрел на него и не видел. Что он вообще несёт? Вот же они — деньги.

— Точно! Я принесу клятву. Магическую. Чтобы никогда и никто не смог… — он осёкся и вздохнул. — Знаю, я бездарность и трус. Я не достоин твоей дружбы. Ты так много для меня сделал, а я… Клянусь… Да возьми ты уже, тяжело ведь!

Он всё так же пихал мне в грудь мешок. Я взял его в полном недоумении, а Торон порезал себе ладонь карманным ножом, зашипев при этом и скривившись.

— Я, Торон Келвэнин, клянусь… быть верным Кса… Адмиру Даэрину, и никогда не… что там дальше… никогда не предавать его доверия, хранить секреты и, если понадобится, отдать жизнь ради него.