— Ты чертёнок, — пробормотал он всё ещё улыбаясь когда его лицо нависло над моим. — Может, теперь ты не замёрзнешь до смерти.

— Знаешь, если бы это было кино, я сейчас посмотрела бы на твои губы. Вот так, — я позволила своему взгляду скользнуть вниз к его губам. — И ты бы меня поцеловал.

— Правда? — Его голос был низким и хриплым, и я нутром почувствовала его взгляд на своих губах.

— Да, — ответила я, затаив дыхание.

— Ну тогда слава богу, что мы не в кино.

Ауч. Я взглянула на его лицо и вздохнула: — Ты не хочешь меня поцеловать?

Он замолчал на мгновение, и момент замер, пока наши коллективные вздохи не смешались и не образовали облако в воздухе перед нашими лицами. Его глаза были мрачными, такими серьёзными, когда он посмотрел на меня и сказал: — Я бы не хотел трудностей, которые сопровождают поцелуй с тобой.

— Почему ты такой грустный? — спросила я.

Я не собиралась этого говорить, даже не сознавала, что это было на кончике моего языка, но я никогда ничего так не хотела, как знать ответ на этот вопрос в тот момент.

Его челюсть то сжималась, то разжималась, а его затравленные глаза не отрывались от моих. Я чувствовала, что он хочет сказать мне, поскольку всё его существо замерло в ответ, но что-то в том, как он сглотнул, заставило меня захотеть защитить его от ответа.

— Забудь об этом, тебе не обязательно отвечать. — Я дёрнула его за рукав, и мы снова пошли. — У меня миллион других вопросов.

— Замечательно.

— Итак, расскажи мне историю своей жизни. — Мне нужно было знать каждую мелочь о нём, которая не была печальной. — Ты здесь вырос? Кто твой лучший друг? Есть брат/сестра? Домашние животные? Ну, кроме Бетти, конечно.

Он как-то странно посмотрел на меня. — Откуда ты знаешь кличку моей собаки?

Блин. — Ты сказал мне, когда… ммм… я не помню, на самом деле, но помню, что ты как-то упоминал об этом.

Отличный ответ, имбецилка.

К счастью, он просто сказал: — Это наше единственное домашнее животное. А что насчёт тебя?

Я поправила его очки на носу. — У моей мамы и её мужа есть мопс по имени Калий, и я даже не могу вспомнить, откуда они взяли это нелепое имя. Он милый, но мы не близки.

Это заставило его улыбнуться.

— У моего папы и его жены есть кот — Большой Эл — он потрясающий, но он писает на соломенный коврик в прачечной, так что с ним точно есть проблемы.

Он толкнул дверь кофейни «Zen Coffee» и придержал её, пока я входила. — У меня так же есть два сводных младших брата со стороны отца. Блин, это звучит как полный бардак, так ведь?

— Нет, — ответил он, но когда я приподняла бровь, добавил: — Возможно немного.

Он бросил на меня ещё один забавный взгляд, что растрогало меня, и когда мы примкнули к большой очереди, я сказала: — Вопросы должны были предназначаться тебе. Есть брат/сестра?

— Ты всегда такая любопытная?

— Нет, только в ДБП.

— Мы должны поговорить о твоём ДБП. — Его глаза на мгновение скользнули вниз, когда я расстёгивала большую куртку, и сама мысль о том, что он интересуется моим телом, заставила моё сердце колотиться.

— Почему ты это делаешь? — спросил он.

— Ты не поверишь, если я тебе скажу. — Я посмотрела на хорошо знакомое мне лицо и сказала: — Скажем так, это социальный эксперимент. Что произойдёт, если целый день я буду делать то, что мне хочется, и плевать на последствия?

Он пожал плечами. — Сегодня у тебя будет весёлый день, а завтра — кошмар.

— Вот почему, — сказала я, немного понизив голос, — я отказываюсь думать о завтрашнем дне.

Мы продвинулись в очереди, и Ник погрузился в глубокие размышления. Вероятно, он думал, что я в крайней степени неуравновешенна — такими были бы мои мысли, будь я на его месте. Он даже не взглянул на меня, пока мы ждали, и я забеспокоилась, что он собирается меня бросить. Он поймёт, что я слишком проблемная, и сбежит, оставив меня одну в центре города.

Когда мы подошли к кассе, и бариста посмотрел на меня, чтобы принять заказ, я сказала: — Мне пожалуйста большой американо. А молодому человеку большой… успокоительный чай?

Я взглянула на него и он закатил глаза, прежде чем сказать: — Большой зелёный чай, пожалуйста.

Я рассмеялась над его очевидным раздражением в моей правоте, и мы больше не разговаривали, пока не получили свои напитки и не вышли обратно на улицу. Мы оба двинулись в путь, даже не обсудив, куда направляемся, и только я начала ощущать тепло своего стаканчика через перчатки Ника, он сказал: — Для справки: я считаю, что твоя идея с ДБП действительно ужасна, потому что завтра тебе придётся столкнуться с последствиями.