— Спасибо, ребят… — вытаращив глаза, чтобы не разреветься, еле слышно выдохнула Земляничка.

— Пользуйся в удовольствие! — мягко улыбнулась Эиру и помогла Вике пережить эмоциональный взрыв требованием «ловить» ее личный контакт.

Примеру «Медовой Змеюки» последовали и все остальные, поэтому следующие полминуты растрогавшейся Ждановой было не до переживаний, а потом ее внимание перетянул на себя я:

— Ладно, красотка, мы полетели, а то опоздаем на первый урок. Не вешай нос и, если что, звони…

— … мы приедем и поставим на уши всех твоих обидчиков! — воинственно добавила Зыбина.

— Не-не-не, с обидчиками сейчас серьезные проблемы! — преувеличенно весело хохотнула Вика, чтобы скрыть настоящие чувства. — После того, что тут устроил личный порученец Ее Императорского Величества Мирославы Михайловны, ко мне относятся предупредительнее некуда…

…Первые несколько минут после выезда с территории Академии имени Шуйского я лениво прислушивался к трепу девчонок и пытался представить, как Ждановой живется и служится на самом деле. Достоверной информации было немного, но она была. От государыни, поручившей присмотр за своей протеже личному порученцу и раз в неделю получавшей развернутый доклад. Увы, не успел я заново перешерстить известные факты, как о себе напомнило настоящее — на комм прилетело уведомление о поступлении на расчетный счет десяти миллионов золотых рублей от Юрия Никифоровича Бестужева.

Сумма виры соответствовала пятничным договоренностям и нисколько не зацепила. Зато воспоминания о личности отправителя и его покойного сына пробудили ярость, не удовлетворенную столь легким наказанием. Пока воевал с желанием найти возможность и добить этого лживого урода, перед глазами возникло сразу четыре «конвертика», три из которых оказались с вложениями. Открывать их я даже не подумал — мазнул взглядом по аватаркам и сетевым прозвищам отправительниц, перекинул в папку с названием «Голожопые дурынды», созданную специально для хранения такого мусора, и развернул то, которое прислала японочка. А когда увидел вместо текста забавный рисунок классической японской онна-бугэйся, стоящей с мечом в руке на фоне языка раскаленной лавы,

не поверил собственным глазам. Поэтому спешно отправил «однокласснице» вопросик.

Ответ не разочаровал:

«ДА!!!!!!!!!»

Тут настроение резко скакнуло вверх: девчонка, увидевшая защиту двух первостихий только в ночь с пятницы на субботу, продавила Волей две свои и создала новое заклинание. И — что тоже порадовало — сделала это быстрее, чем Эиру и Лиджуан!

«Красотка! Я тобой горжусь…»– на первом же красном светофоре написал я и получил фото улыбающейся японочки «из прошлой жизни». С двумя забавными хвостиками, в серебристой футболке с рисунком в виде сердца во всю грудь и на фоне сердечек помельче.

Фото понравилось. Но как следует рассмотреть его не представлялось возможным из-за плотного трафика и мелкой водяной взвеси, так и висящей в воздухе, поэтому сообщение отправилось в избранное, а я сосредоточился на вождении. Вот и рулил себе спокойно. До въезда в Городок Лицеистов. А там настроение снова ухнуло вниз из-за сообщения Волконской:

«Доброе утро и с приездом, Лютобор Игоревич. Сочла необходимым поделиться кое-какими новостями прямо сейчас, чтобы вы успели остыть и не наломали дров: есть все основания считать, что Мстислав Рогволдович Гаранин решил поухаживать за вашей матушкой. Она в курсе и разберется сама — вы, главное, дайте ей такую возможность, ладно? Кстати, если будет совсем невмоготу, разрешаю сорваться на представителях Великобритании и Франции — послы этих государств вели себя нагловато, и я злобствую. На этом пока все. Хорошего дня…»

Я нашел в себе силы поблагодарить государыню за эту новость только через пару минут. А в гараже, припарковавшись, влез в папку с досье на новых учеников лицея, нашел часть, посвященную этой паре моих законных жертв, и обновил информацию, сохранившуюся в памяти. Да, эта задержка напрягла матушку, но я, выбравшись из машины, успокоил ее взглядом и, оглядев команду, судя по лицам, успевшую настроиться на «веселый день», хищно улыбнулся:

— Нам разрешили порезвиться. Ловите цели. В идеале первый красавчик — для Лиджуан, а второго ломает Наоки. Но обходимся без провокаций — мы обязаны отвечать. Вопросы?

Вопросов не оказалось даже у Дауда, хотя, по логике, должны были. Так что я взмахнул рукой, и толпа, привычно перестраиваясь в «походный ордер», двинулась ко входу в лифтовый холл. А через пару минут, оказавшись под мрачным и ни разу не весенним небом, была «атакована» той самой Лавандой, которая нам понравилась оригинальностью подхода, остроумием и завидной легкостью характера:

— Назвать это утро добрым не поворачивается язык, поэтому всем привет, рада видеть… даже такими загорелыми, и готова прикрыть какой-нибудь из освободившихся флангов от происков мирового зла!

— Галина Николаевна… — начал, было, я, но был перебит:

— Лучше по имени и на «ты»: надувать щеки и задирать нос не в моем стиле, а развлекаться, строя из себя невесть кого — идиотизм.

— Ладно, как скажешь… — покладисто согласился я и начал заново: — Галь, колись, зачем тебе все эти телодвижения?

Она начала толкать изысканнейший комплимент и… слова с четвертого-пятого демонстративно сдвинула вверх левый рукав, врубила портативную «глушилку» и перестала придуриваться:

— А если серьезно, то я преследую сразу две цели. Первую — вынужденно: если я не прикроюсь близким знакомством с самым перспективным бычком-производителем Российской Империи, то в июле-месяце буду выдана замуж. За наследника главы союзного рода, вызывающего во мне омерзение. Ну, а вторая — чисто моя наработка: вы являетесь центром кристаллизации всех самых интересных событий этой весны, вот я и хочу поразвлечься. К примеру, безнаказанно набить морду какому-нибудь самовлюбленному аристократу из просвещенной Западной Европы, потоптаться на самолюбии снобов вроде уже вернувшегося на родину Рагхавана Синха Рагора и поразвлечься в компании, в которой мою непосредственность гарантированно не сочтут приглашением в постель!