— Много, — опустив глаза, говорит Аня.

— Нет. Ты скажи, сколько!

— Шесть, Леша! Шесть лет.

— А она мечтает о ребенке. Почти столько, сколько ты меня кобелиной считаешь! Ну, может, немного меньше, но все равно до хера! Ты понимаешь, если она все-таки его потеряет, она замуж за меня не пойдет. Сказала, что в таком случае ребенка мне родит кто-нибудь другой. А я не хочу никого другого, понимаешь? И ребенка я хочу только от нее. Ань… Я впервые в жизни полюбил женщину.

— Вот этого не надо! — Аня скептически кривится.

— Аня! Не влюбился, а полюбил. Ты мне откажешь, я найду, кто это сделает без тебя. Я в любом случае это сделаю.

— Полянский! — Аня смотрит на меня раздраженно. — Появляешься раз в сто лет и вечно с какими-нибудь причудами! Давай паспорта!

Аня сделала все быстро. Буквально через пару дней я уже ее благодарил. Ира до сих пор ничего не заметила. Она даже паспорта своего за это время не кинулась. Вчера я положил его на прежнее место, так и не сознавшись ей в своем преступлении. А вообще-то ей нужно менять документы. Время то идет. Ей в любом случае придется менять фамилию. Теперь то уж точно деваться некуда. Еще не хватало, что бы она носила фамилию бывшего мужа.

Сделать то сделал, а как теперь ей об этом сказать, ума не приложу. Сегодня вечером нужно признаваться. О! А может, вечера ждать и не придется. Она мне редко звонит в рабочее время.

— Да, Ириш.

— Ты нормальный?

— Вроде да!

— Леша. Это что за фокусы? Я как дура сидела, глазами хлопала, когда меня медсестра поздравлять начала и поторапливать поменять документы! А если бы она не вздумала копии с моего паспорта снимать. Я бы и дальше жила в неведении?

— Ир. Не верещи. Вечером поговорим. Я не могу сейчас разговаривать, — сбрасываю вызов. Хоть бы на развод не подала за эти пару часов. Я и правда разговаривать не могу. Сижу в приемной. Здесь полно народа.

Кое как отработав до конца дня. Заезжаю за цветами и домой. Точнее к ней. Я уже и не понимаю, где мой дом. Я у нее нахожусь гораздо больше, чем в своей квартире. Маму на днях выписали. Геля пока у бабушки. Только в садик ее я вожу и забираю тоже я. Пришлось перевести Ангелину в другую группу. Какая-то неадекватная у нее воспитательница. И мамаша той девчонки тоже с приветом. Пока ходим в сад с удовольствием и снова с Лучиком под мышкой.

Мне кажется, Ира немного успокоилась. Лишь бы сейчас слишком не стрессовала. Немного поправилась, это заметно, но мне нравится. Думаю, что это говорит о том, что пока все идет хорошо. На работу не ходит. Не хочет, чтобы кто-то знал о ее положении. Постоянно продлевает больничный у терапевта. Там у нее какая-то давняя знакомая помогает ей в этом деле. Так что не я один пользуюсь знакомствами и связями в нужных организациях.

— Ну что ты за человек? — Ира припечатывает меня букетом по плечу. — Я что, не по-русски тебе сказала!? Я не хотела за тебя замуж! Я только ребенка хочу и все! Больше мне ничего не надо!

— Поздно. Ребенок от меня идет только в комплекте со мной.

— А если его не будет? Так же молча со мной разведешься!? — кричит она. Разворачивается и собирается уйти. Перехватываю за руку, притягиваю к себе и запечатываю ей рот ладонью. Не хотел так грубо само получилась.

— Прекрати, — цежу ей на ухо сквозь зубы. — Еще раз ты скажешь, что его не будет, — отнимаю ладонь, разворачиваю к себе лицом. Ира смотрит на меня перепугано, из глаз бегут слезы. — Прости, прости, прости, — начинаю хаотично покрывать ее лицо поцелуями. Подхватываю на руки, несу в спальню. Укладываю на кровать. Развязываю пояс халата.

— Леш, — перепугано шепчет она, тяжело дыша.

— Не переживай, я все понимаю. Я ничего не собираюсь делать, — кладу ладонь на ее живот и начинаю поглаживать. — А когда он начнет толкаться?

Ира улыбаться. Ну наконец-то!

— Не знаю. Думаю, до этого еще далеко.

— Что врач говорит? Ты же сегодня была на приеме.

— Пока все нормально. Семнадцатого первый скрининг. Ты хочешь пойти?

— УЗИ будет?

— Да. Я кровь утром сдам. А на УЗИ на вечер записалась. Подумала, вдруг ты захочешь. Как раз после работы подъедешь.

— Конечно, хочу. Правильно сделала, — целую ее живот немного ниже пупка. Прикладываю к нему ухо.

— Мне кажется? Или я слышу, как он там плавает?

Ира начинает смеяться.

— Боюсь, что слышишь ты не ребенка!

— Да нет! Серьезно! Говорю же тебе!

Ира продолжает смеяться, пытается подняться. Не позволяю ей. Ложусь рядом. Одной рукой притягиваю ее к себе, вторую не убираю с ее живота.

— Ир.

— Что?

— Я люблю тебя.

Она утыкается лицом мне в грудь и шепчет: Я тоже тебя люблю…

— Длина восемьдесят восемь миллиметров, вес девятнадцать грамм. Смотрите, он машет ручками, улыбается доктор вместе с нами. Леша, как заворожённый смотрит на экран монитора. Мое сердце отбивает чечетку. — Сейчас сердечко послушаем. Сто шестьдесят семь ударов. Воротниковая в норме… Ира, все в пределах нормы. Хорошо развиваетесь.