Дженни была в восторге от моей популярности и старалась всем показать, что она со мной в достаточно близких отношениях.

Главный Человек этого роскошного магазина сам тащил наши покупки до "Роллс-Ройса" и бормотал, что в следующий раз герру фон Тифенбаху достаточно будет только позвонить, и он сам привезет этому Котику все, что будет необходимо!..

Уже в машине я только было собирался снова настроиться на нашу с Фридрихом Волну и спросить его - когда же мы полетим в Россию, как Франц Мозер проговорил, не отрывая глаз от дороги:

– Что мне сказать в бюро путешествий - когда вы хотели бы улететь в Россию?

Фридрих посмотрел на меня, на секунду задумался и ответил:

– Наверное, в первых числах января. Дома, как и полагается, отметим Рождество... Надеюсь, Моника, вы приедете с Гельмутом? Я приглашу еще фон Дейна с Таней и закажу фрау Розенмайер омаров. Хорошо?

– Очень, папочка! Очень хорошо!..
– совершенно искренне воскликнула Моника.

– Затем мы устроим фейерверк...
– продолжил Фридрих.

Тут я увидел, как напрягся затылок Франца Мозера. Гадина!..

– Потом мы с Кысей на несколько дней съездим к нам в замок на озеро, к Новому году вернемся в Мюнхен, а уже числа третьего января могли бы вылететь в Петербург, - закончил свои расчеты Фридрих.
– Да, Кыся?..

Я промолчал... Как же я, здоровый жлобяра, мог забыть про "фейерверк"?!! Оглушенный известием о поездке в Россию, я совершенно упустил из виду, что ни Фридрих, ни я - грешный дурак, можем никуда и не вылететь! Разве только на тот свет...

Я тут же перестроился на Животную Волну и спросил у Дженни:

– Ты искала эту "Бабушку"-"Матрешку"?

– Искала, Мартынчик, искала!.. Все облазала. Нигде! Остатки ее запаха были в гараже, а сама она как под землю провалилась! Зато я нашла этот пультик управления взрывом. Он у Гельмута...

– Это меня уже не колышет!
– прервал я ее.
– Пусть этот пульт у твоего Гельмута хоть из задницы торчит!.. Главное, ты к нему ни под каким видом не прикасайся! Важно найти "Матрешку"!..

Значит, Рэкс был прав... Эта штука, которая должна разорвать нас в клочья, уже в нашем доме. Осталось только в подходящий момент нажать кнопку!..

Так когда же все-таки запускают эти фейерверочные ракеты - в Рождественскую ночь или в Новогоднюю?! Мне необходимо было знать это абсолютно точно!

Я совершенно не уверен, что за такой короткий срок полиция сумеет что-либо предпринять. Во всех американских фильмах по телевизору я видел, что полиция с воем сирен всегда приезжает тогда, когда главный герой уже все сделал и всех победил...

В таком случае мне остался пустячок - тоже все сделать и всех победить. А уже потом примчится Рэкс со своей полицией. Ничего себе задачка! Ах, как мне сейчас не хватает моего корешка Кота-Бродяги...

Я плюнул на все условности и спросил Фридриха напрямую:

– Скажи, пожалуйста, а в какую ночь ты обычно запускаешь свои ракеты - в Новогоднюю или в Рождественскую?

– А почему ты об этом спрашиваешь?
– насторожился Фридрих.

– Последнее время я просто побаиваюсь стрельбы, - скромненько ответил я.

– А-а-а... Я обычно устраиваю фейерверк в Рождество. Я привык к этому с детства и мне не хотелось бы менять привычки. Иногда я это делаю и в Новый год тоже, но самое главное для меня - это все-таки Рождество!

* * *

После обеда мы пошли с Фридрихом прошвырнуться по Грюнвальду - опробовать новый поводок и эту систему удобных и ласковых ремешочков, заменяющих неприятный и жесткий ошейник.

Первые метров двести я чувствовал себя невероятно скованным, а потом пообвык и не скажу, чтобы ношение этой сбруйки доставляло мне удовольствие, но и не приносило невероятного желания немедленно сорвать ее с себя. Если недолго, то вполне приемлемо...

Однако когда я нашел подходящий непроницаемо-густой кустик и захотел сделать под ним свои послеобеденные дела, я все же попросил Фридриха снять с меня эту конструкцию. Ужжжасно не люблю, когда кто-нибудь видит, как я ЭТО делаю! У меня, не к столу будь сказано (выражение Водилы), от постороннего взгляда желудок отказывается работать!

...Когда я уже зарывал в землю все, что совершил, услышал посторонний голос:

– Добрый день, герр фон Тифенбах!
– и сразу же почувствовал резкий Собачий запах.