– Так что, ты бекон ешь?

– Я ем все!

Я английским пэрам бошки откусываю и жую без хлеба и масла! Только хруст стоит.

Ладно. Похер на этого хера. Я беру себя в руки.

А эта динамщица вскакивает и начинает носиться по кухне с такой скоростью, что у меня в глазах рябит. Что-то моет, режет, жарит, кладёт в холодильник и достает из него. И уже через пять минут, в течение которых я активно, но сдержанно скриплю зубами, передо мной стоит тарелка с дымящимся омлетом, салат и чай.

– Тебе молока налить?

– Налей.

– Еще один извращенец, – бурчит Олеся.

В смысле? Я, конечно, уже много чего извращенного успел представить. Но ведь ничего не сделал! Совсем. То есть, до меня тут было много других извращенцев?

– Чай с молоком – это не извращение! – смеется Кристина.

Ах, вот они о чем… Все невинно, как на полднике в детском саду.

На самом деле, в детском саду было даже поинтереснее. Мы там на тихом часе письки друг другу показывали. А тут мне показывают только хер Оливера. Ну а что еще означают эти цветы? Пестики-тычинки… Его намерения ясны и прозрачны.

А мои… Я ей шарики купил. А потом пытался подкатить свои шары.

Я что-то вообще слетел с катушек. Если бы соседки Кристины не появились, я бы уже ее… на этом столе… Или она меня… Тут же. Сковородкой по башке.

Не то чтобы я прям был уверен, что меня позвали именно на палку чая. Скорее, нет, чем да. Но надежду никто не отменял! И мой хвост воспылал ни на чем не основанной надеждой. Да просто… я реально голодный! Почти забыл, когда у меня с кем-то что-то было. Придирчивый хвостяра в последнее время воротил нос от всех этих силиконовых шмар.

Девчонки садятся за стол. Наливают чай, делают бутерброды, режут фрукты. Непринужденно болтают о том, о сем. В основном, о работе. Как я понимаю из разговора, они все переводчицы “Глобал Транслейт”. И занимаются, как ни странно, именно переводом. Чаще всего синхронным, на встречах русско и англоязычных предпринимателей.

Я ем. Молчу. Слушаю. Мне реально интересно!

– Я не хочу работать с Машей, – высказывается Кристина. – Не дай бог Станислав завтра на встрече поставит меня с ней в пару!

Интересно. Кто такая Маша и чем она не угодила привередливому Олененку?

– Понимаю, – отзывается Олеся. – Это она всем треплется о том, что тебе не понравился клиент Камиля.

Ого. Вот это темы пошли! Мои и без того навостренные уши начинают буквально шевелиться от любопытства.

– Она вообще как с другой планеты! – горячо реагирует Кристина. – Я ей говорю, что не знала про эскорт. А она: тебе мало заплатили или клиент не понравился?

– Ну, по поводу того, кто тут с другой планеты… – начинает Олеся.

Многозначительно глядя на Кристину.

– Да не переживай ты, – в то же самое время произносит Эля. – Посплетничают и забудут.

– Да я не переживаю… Почти. Но вы же можете представить, как это неприятно, когда все считают тебя проституткой!

– Не все. Мы так не считаем.

Тут соседки Кристины замолкают и устремляют свои взгляды на меня. Как будто только что вспомнили о моем существовании. Переводят глаза на Оленя. Снова на меня…

– Да он все знает! – машет рукой Кристина. – Он тоже был на той вечеринке. И тоже подумал, что я эскортница.

– Серьезно? – они явно меня осуждают.

Я нехотя пожимаю плечами.

– Сейчас, когда я вспоминаю все, что было… Я понимаю, что сама виновата, – признается Олененок. – Но я же не знала! Я и представить не могла…

– Ты на удивление наивна, – выдает Олеся.

– И как тебя только родители одну отпустили!

– А они и не отпустили. Я уехала со скандалом. Потому что мой папа… Он до сих пор ведет себя так, как будто мне пять лет!

Я вспоминаю леденцы на палочке, шарики и мороженое. И – я понимаю этого папу!

И… если честно, до меня только сейчас окончательно доходит, что Кристина не имеет отношения к эскорту. И что все произошедшее – чудовищная ошибка.

Да, она еще вчера по телефону сказала мне, что не спала с Оливером. Но я… не то чтобы не поверил. Просто… Слишком прочно в моем мозгу засела мысль о ее испорченности. И я не мог так быстро от нее отказаться. Даже после шариков и мороженного.

Но теперь… После того, как сегодня вечером она совершенно искренне не заметила, что я дико хочу ее… И после этого разговора… У меня в голове все встало с головы на ноги.