— Хорошо, — машинально соглашаюсь я.

— Как и тебе нужно время.

Я усмехаюсь.

— Мне не нужно время, Рут.

— Нужно. Ты тоже еще не исцелился.

Я смотрю на себя в зеркало. Рассматриваю каждую татуировку, которую нанес на свою кожу. Татуировки, которые я даже не помню, были у меня с тех пор, как я погрузился в эти дурацкие гребаные наркотики. Татуировки, которые говорят о моей боли. Даже в своем наркотическом помешательстве я тянулся к самому себе, умоляя изменить это безумие.

Как я мог ощутить вкус всего этого успеха — так чертовски работать ради этого — и сразу после этого потерять себя? Такого рода вопросы терзают меня.

Вскоре я заканчиваю разговор и стою под горячим душем. Пытаюсь заставить свои мысли замолчать, но все порчу, потому что слишком много думаю о том, чтобы трахнуть ту соблазнительницу, которая находится дальше по коридору.

Если бы она подошла ко мне, обнажившись, готовая к прикосновениям, что, черт возьми, я должен был бы делать? Как я должен сопротивляться ей?

— Она бы ощущалась так хорошо, — шепчу я.

Я медленно поглаживаю себя. Дрочу для нее, и это так чертовски приятно, потому что теперь она достижима. Она, блядь, дальше по коридору. В пределах досягаемости.

И она бы ощущалась так чертовски хорошо.

Я стону, кончая и желая, чтобы она была здесь, стояла передо мной на коленях, смотрела на меня своими большими глазами лани, шепча:

— Вы так хороши на вкус, сэр.

Блядь.

Блядь.

Блядь.

Мессенджер

Ана: О боже мой, Айви. Я все еще пытаюсь осмыслить то, что ты сказала по телефону. У меня снесло крышу. Я так счастлива, что ты выбралась из этой ядовитой квартиры, но прямо сейчас чуть не обделываюсь от страха за тебя. Ты живешь с Уэстом, и я так чертовски завидую. Ты уже в его постели?

Айви: Нет, Ана, я не в его постели.

Ана: Прямо сейчас я качаю головой.

Айви: Он спас меня. Чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что он изо всех сил старался убедиться, что я в безопасности. Он полностью спас меня.

Ана: Потому что он хочет тебя.

Айви: Может быть.

Ана: Нет никаких «может».

Айви: Прошло два дня, а я его даже не видела. Когда я встаю каждое утро, его уже нет. Когда прихожу домой, его еще нет, но я чувствую запах его одеколона в воздухе, когда встаю, так что он, должно быть, возвращается домой очень поздно.

Ана: Он управляет компанией стоимостью газиллион долларов, не так ли?

Айви: Газиллион, лол?

Ана: Он занятой чувак, и-и-и-и он все равно спас тебя со своим плотным графиком. Мои яичники взрываются.

Айви: Он даже не пишет мне. Я так запуталась.

Ана: Может быть он хочет, чтобы ты освоилась.

Айви: Возможно.

Ана: Ты далеко от работы?

Айви: Гастон подвозит меня каждое утро и отвозит обратно.

Ана: Гастон?

Айви: Водитель.

Ана: У тебя есть шофер?

Айви: Он шофер Эйдана.

Ана: ОМГ.

Айви: Это слишком много, не так ли? Я чувствую себя нахлебницей. Должна ли я платить Гастону?

Ана: Не-е-ет, Айви, расслабься. Уверена, Эйдан хочет убедиться, что тебе удобно и ты не волнуешься о дороге.

Айви: Честно говоря, я не против поехать на автобусе.

Ана: Остановись. Его это вполне устраивает.

Айви: Я просто не привыкла к этому, Ана.

Ана: Когда тебя балуют?

Айви: Ко всему. У меня есть долбаная ключ-карта от его пентхауса, и у него двери лифта в качестве входной двери, Ана. Это так шикарно. Когда я возвращаюсь домой, еда готова, и каким-то образом он правильно подобрал мой размер одежды, и у меня в шкафу ее куча. Я этого не заслуживаю.