Шрифт:
И что история с записками осталась позади.
Я отправила папе СМС и рассказала о переписке.
Он тут же ответил: «Тем лучше».
В тот вечер я снова отправила ей целую кипу, приложив к письму с три десятка «изящных трупов».
И P. S.: «Тебе не за что извиняться. Я хочу, чтобы ты вернулась домой».
Солнце моё.
«Изящные трупы» просто чудесные.
Пришли мне ещё, пожалуйста!
Люблю тебя.
Мама
P S. Отношения на расстоянии — это сложно, а пять лет в твоём возрасте кажутся подвигом.
Десять минут я сидела, глядя на письмо.
Мама ответила.
На самом деле.
С того дня моя жизнь превратилась в томительное ожидание.
Письма стали открытыми дверями в длинном тёмном коридоре и придали моей жизни смысла. Я изучала каждое слово, присматривалась к каждой запятой, представляла себе, как мама выводит буквы, высунув от старания кончик языка. Неужели она до сих пор настолько замкнута?
В четвёртом письме было только одно предложение:
Я беру уроки мозаики.
Просто фонтан энергии!
Может, ей стало хуже?
Я искусала все ногти.
И забыла выгулять Изидора: тот написал в ванной.
Чтобы загладить вину, я купила ему резиновую косточку.
Следующее письмо было длиннее:
Солнце моё!
Люди здесь печальные.
Я не хочу стать одной из них.
Я хочу полюбить жизнь.
Люблю тебя.
Мама
Я плакала.
Стало легче дышать.
И спать.
Я купила ещё одну кость Изидору. И напекла блинов.
Надо отвадить это проклятие. Идти дальше.
Жить.
Между письмами развернулась торопливая, сбивающая с толку суета.
Элоиза записалась на уроки сальсы и как-то вечером даже научила меня основным движениям. Также она планирует летние каникулы с Эрванном (хотя зимние только-только закончились).
— Надо выбрать между Таиландом и Штатами. Что думаешь?
— В Таиланде гуляют слоны и тигры, а ещё там есть храмы и массаж.
— Окей. Тогда Таиланд. Ты права. Оно как-то сексуальнее, богемнее, что ли.
— Да просто лучше.
У Элоизы суп пошёл носом.
— Ты сколько получила за предварительные экзамены? — спросила она.
— Средний балл одиннадцать и девять. А у тебя?
— Десять и один. Чуть не завалила!
— Не хочешь отксерить мои конспекты? По ним повторять легче.
— Ну… окей… если тебе это так важно. Я их не только отксерю, но и прочитаю! Ага, знаешь что? Ты права.
— Я всегда права.
— Да и Таиланд — это круто.
Типичная Элоиза.
Я занимаюсь с Джамалем и Виктором. Джамаль просто светится спокойствием. Именно так: лучится. Напряжение между нами тремя, о котором я и не подозревала, улетучилось, стоило Джамалю выговориться, а мне — избавиться от секрета, как от кандалов.
Везунчик.
Я вернула Виктору шарф.
И старалась не пожирать Виктора глазами даже тайком.
Как бы мне хотелось избавиться от этого желания прикоснуться к нему, прогнать мечты, в которых мы целуемся часы напролёт и купаемся рука об руку в прозрачных заводях, пока лунный свет очерчивает его профиль.
Проще удавиться.
Хотелось бы мне быть свободной.
Но в то же время касаться Виктора, смешить его, вдыхать его запах, когда он рядом, совсем близко, когда он пьёт кофе или произносит моё имя — все эти моменты доставляют мне до слёз неописуемое удовольствие.
Месье Думак убедился, что я мыслю в правильном направлении, но считает, что мне надо развивать свои идеи. Его главные слова «почему» и «как».
— Вы должны покопаться в словах, дойти до их сути. А для этого нужно поверить в свои способности, мадемуазель Дантес, поверить в себя.
С Джамалем и Виктором мы даже придумали песенку и назвали её «Мантра парика»:
Надо верить в себя-а-а-а-а! Надо верить в себя-а-а-а-а, Дебо! Суть спустилась с небес, Залила собой тетрадки, Чтобы дух твой воскрес, «Почему» и «как» больше не зага-а-а-а-а-адки!