We could live together, walking on, walking on the moon.

The Police, “Walking On The Moon”

Поздним вечером, когда уже солнце зашло за горизонт и отправилось на заслуженный отдых, а бродячие собаки вышли на вечернюю прогулку перед сном, на веранде заднего дворика зажёгся свет и появилась маленькая фигурка. Она протопала по половицам и ступила на свежеподстриженный газон. Маленькой фигуркой был мальчик, ещё малыш; на крохотной головке он тащил пластмассовый шлем космонавта с надписью «СССР» на лбу, и от габаритов скафандра крохотное тельце мальчишки казалось ещё меньше. Юный космонавт добежал до центра дворика и запрыгнул на гамак, привязанный к двум железным балкам. Тощая спинка провалилась в ткань и большущий шлем неестественно выгнул шею мальчонке, но космонавт и не собирался снимать его, он ведь вышел в открытое пространство. Малыш поднял забрало и лицо его осветил свет большого серебристого шара. Космонавт протянул к нему руку и, пытаясь дотянуться до небесного мячика, выпрямил её из-за всех сил, но вскоре сдался, опустил ручонку, и та повисла с гамака. Мальчик посмотрел на луну и прошептал:

— Как ты прекрасна!

— Как ты прекрасна!

Будучи человеком неуверенным, да и побоявшись спугнуть девушку, которая слушала это в не первый раз за сегодняшний вечер, Лёва произнёс эту фразу тихо, с запинкой. Кристину он хотел уже один месяц и четыре дня; такой точный срок он определил вовсе не потому, что был на ней помешан и отчитывал дни на календаре от их первой встрече (хотя был на ней помешан и отчитывал дни на календаре от их первой встречи), просто познакомились они на турнире по теннису, который Лёва запомнил, благодаря ей, Кристине, и золотому кубку за победу.

Парень сидел, упёршись щекой в руку, и смотрел на спутницу. Девушка же не смущалась и позволяла избраннику любоваться собой, пока сама рассматривала посетителей ресторана, и, вообще, делала вид, будто скучает.

— Ещё вина? — поинтересовался Лёва.

Девушка взглянула на него исподлобья и улыбнулась. Он плеснул пару капель ей в бокал.

Вино парочка пила отнюдь недешёвое: Лёва страстно желал свою спутницу, потому решил сегодня похвастаться не только глубокими знаниями в программировании, коей зарабатывал на жизнь, но и суммой, какую готов был оставить в этом, как и вино, отнюдь недешёвом заведении. У Кристины же цифровые технологии интереса не вызывали, зато её приятно удивили заказанные блюда, и она надеялась, что и удивит крепкий накаченный торс Лёвы, который она разглядела под мокрой футболкой тогда на турнире.

Лёва посмотрел на часы.

— У! Который час! Думаю, нам лучше продолжить наш разговор у меня дома. Я живу тут неподалёку.

Кристина улыбнулась.

— Официант, счёт!

К столику подлетел высокий парень с чёрными, как смоль, волосами и в красном жилете. Он поинтересовался, чем гость будет расплачиваться. Практичный Лёва машинально отчеканил: «Картой.». Но тут же передумал и достал пачку банкнот. Пока он пересчитывал деньги, он слегка поглядывал на Кристину и ему показалось, что её впечатлил размер кошелька.

Официант поднял тарелку с недоеденным цыплёнком и вопросительно посмотрел на гостя. Лёва недолго думал и сказал:

— Нам с собой.

— Нам с собой.

Полная женщина кавказской наружности посмотрела по сторонам, пытаясь определить, с кем пришёл молодой человек в потёртом пиджаке. Под стойкой послышалось шорканье, женщина нагнулась и увидела вислоухую дворняжку с короткой шёрсткой нежного кремового цвета, бегающую вокруг хозяина. Поняв кого имел в виду покупатель под словом «нам», она улыбнулась и расстелила на столе два лаваша.

Платон открыл дверь квартиры, и пёс первым забежал в дом, неся в зубах бумажный пакет. Парень снял пиджак и повесил на крючок в прихожей. Он прошёл на кухню и увидел, что пакет уже лежит на столе, а верный пёс лежит под столом и ждёт. Платон выложил из пакета на тарелку горячую шаверму, отрезал кусок и положил под стол. Пёс мигом вскочил и принялся за угощение. Платон планировал подумать о рукописи, пока будет есть, но жар после острого соуса во рту прогнал с головы все мысли, и оставшийся ужин Платон думал, почему не купил бутылку лимонада.

Он сел за письменный стол. Тот стоял в углу перед окном и на бумагу падал лунный свет. Платон отодвинул стопку бумаги в сторону и поставил перед собой печатную машинку, дедовскую. Он вытянул из стопки чистый лист и вставил его в машинку, сверху помялся титульный лист с названием «Прогулка на луне». Это должен быть юмористический фантастический роман в духе Дугласа Адамса, Платон облизнул большой палец и провёл пару раз по помятому краю. Он уставился в белый лист.

Чёртов белый лист! Нет в этом мире ничего страшнее белого листа. Он, словно наша Вселенная, пустой и безграничный. И этим пугает. Платон не мог придумать концовку. Да, честно говоря, он и не пытался её придумать: он рассчитывал, что персонажи сами закроют все сюжетные линии — они же для него живые — но персонажи молча стояли и смотрели на Платона, ожидая, какую участь он им приготовит.

Парень поднёс палец к клавише и уже собирался нажать, как в дверь раздался звонок. Рука дёрнулась и сжалась в кулак так сильно, что суставы на пальцах заломило.

Платон открыл дверь. На пороге стояла пожилая женщина в синем домашнем костюме с кошками на рисунке.

— Добрый вечер! Я ваша соседка. Меня зовут Элеонора Яковлевна.

Женщина сделала паузу, ожидая в ответ услышать имя собеседника, но Платон молча смотрел на нежданную гостью и ждал. Элеоноре Яковлевне стало неловко.