Аркадий вернулся в дом, больше не кричал, начал обходить окна, одно за другим. Осмотрел на веранде, постоял, не двигаясь и снова запер дверь на навесной замок. Удивительно, но отсутствие остальных не заметил. Пошел дальше в комнаты. Ищет, как она сбежала, подумала Ника. Она не собиралась подавать признаков жизни, чем дольше он не знает где она прячется, тем лучше. Страшно хотелось пить, взволнованное сердце бухало в груди, отзываясь в ушах. Сумочки при ней нет, повезет тогда она в машине, может ее по телефону отследят, главное подольше продержаться. Шансы у нее минимальные. Тоскливо, но Ника собиралась сделать для себя максимум от возможного, не сдаваться до последнего. Аркадий совсем потерял человеческий облик. Что с ним произошло за несколько месяцев? В кого он превратился? Может и при ней превращался, она, находясь вблизи, под его влиянием, не замечала. Ясно одно, таким он прежде не был. Больше больное бешенством животное, чем человек.

Чем по его сценарию в них здесь должно закончится? Ника глубоко вздохнула. Наверное, она должна умереть. Не пытается же он вернуть ее столь радикальным образом. Страшно, когда знакомый, близкий человек, вдруг оборачивается чудовищем, маниакально помешанным на собственных страстях. Хуже любого фильма ужасов. Ника знала, что он плохой человек, подлый и безжалостный, видящий только себя и свое удовольствие. Но разве он убийца? Должна ли она была в нем это разглядеть заранее? Вопросы, на которые не существует ответов. Были еще люди, много, друзья, родственники, коллеги, родители и жена, они тоже обманулись, вместе с ней. Может быть, если случится самое ужасное, они так и не узнают. А ведь ей казалось, что стоит хоть словом обмолвиться, что она хочет уйти от него, Аркадий немедленно ее бросит и уйдет с гордо поднятой головой. Единственное в чем крылась настоящая ошибка, что не рассказала Льву о звонках. Аркадий пасовал перед сильными мужчинами, ей доводилось видеть пару раз, как происходят такие стычки. Терновский заставил бы Аркадия ее отпустить. В системе координат Аркадия женщина не способна быть сама по себе, но вполне может принадлежать другому.

Прошло примерно полтора часа, когда Аркадий ее обнаружил. Ника глубоко погрузилась в свои переживания и размышления, вздрогнула всем телом и зажмурилась, вниз ударил мощный луч фонаря.

— Вот ты где, сука, — обрадовался Аркадий, он пережил не самые лучшие минуты, показавшиеся особенно отвратительными после долгожданного избиения и насыщения, по вине девки заслуженный секс он не получил. Не баба, а настоящая гадина, стоило немного в городе пожить и окончательно испортилась. — Погоди немного, я тебя вытащу оттуда и мало тебе не покажется.

Ника молчала. Надрываться не имело смысла, слова ничем не помогут. Оставалось дождаться пока обнаружит замки и готовиться к сражению. Аркадий ловко спрыгнул на решетку, наступил на край опалубки и дернул крышку, она не поддалась. Мужчина нахмурился и начал водить лучом фонаря.

— Вот же тварь, — поразился он обнаруженным замкам. — Давай сюда ключи немедленно. Хуже будет, шлюха конченная. Я тебя все равно достану. Неси ключи, ну.

Неизвестно верил ли Аркадий в силу своих грозных требований. Раньше она его слушалась. Буквально час назад он считал, что ничуть не изменилась, вела себя, как обычно. Теперь вообще не отзывалась, сидела тихо, словно язык проглотила. Аркадий рванул решетку еще разок, вниз посыпалась труха с опалубки, но запор сделан добротно, голой физической силой ничего не сделаешь. Нужно сорвать замки, на самом деле не так сложно, главное найти хороший рычаг, просунуть в дужку и подналечь. Гневно пыхтя, Аркадий выбрался из люка. Сходил до машины, он недавно купил откровенную рухлядь, чудом держащуюся на ходу и достоверно не знал, что содержится в багажнике. Прежний хозяин ничего ему не оставил, по наитию пошарил под водительским сиденьем и отыскал монтировку, должно сработать. Сохраняя предельно сосредоточенное выражение лица, снова вернулся к люку. Встал на решетку обеими ногами, хорошенько уперевшись. Внизу ничего не было видно, сплошной черный квадрат, пусть на улице еще день, давно немытые окна прореживали лучи до сумерек. Он пристроил фонарь, чтобы свет попадал непосредственно на замки, хотя тут света еще хватало. Засунул угол монтировки под дужку, два замка умудрилась приспособить, сука. Создал упор и приготовился поднажать. Из подпольной тьмы вынырнули острые, слегка загнутые штыри и один пропорол ему правую руку вскользь. Аркадий заорал от неожиданности и боли.

Ника прихватила с собой из кучи садовых инструментов вилы на длинном черенке. Ей не нужно было подниматься по лестнице, чтобы доставать до решетки. Она предусмотрительно постаралась, чтобы вилы вышли наружу перпендикулярно прутьям решетки, иначе Аркадий мог легко перехватить ее единственное оружие, отнять и вытянуть наружу. Много пространства ей не требовалось, длины зубьев хватало. Аркадий подпрыгнул и вывалился на пол веранды, понося ее на чем свет стоит, оскорбления сыпались во все стороны, как сухой горох из случайно перевернутой банки.

Нику колотило, но древко вил она держала крепко. Голосящий мужчина ушел вглубь дома. Ей страшно хотелось пить, поняв, что лучше момента не выбрать, она нажала на выключатель, под потолком загорелась голая тусклая лампочка. Девушка быстро осмотрелась, овощей нет, но вдоль стен стоят стеклянные банки с соленьями. В одной под лампочкой удалось разглядеть вишни. Ника пропорола жестяную крышку зубцом вил и жадно напилась до отвращения приторного содержимого.

Аркадия не было долго, по ощущениям несколько часов, начало по-настоящему темнеть. Ника включила свет на короткий срок, быстро погасила, она что угодно отдала бы за чувство безопасности, которое мы совсем не замечаем в обычной жизни. Сидела в темноте, возле лестнице, не позволяя себе расслабиться и на минуту. Она уверена, что Аркадий не оставил попытки, не бросил ее, просто так не уйдет. Все равно дернулась, снова услышав его голос.

— Не боишься, что я дом с тобой подожгу? Сгоришь до костей, — почти спокойным голосом поинтересовался он сверху.

Пожалуй, этого ей бояться не стоит, слабая угроза. Они оба достоверно знали, что заочное убийство Аркадию совсем не подходит, ему нужно выдавить из нее жизнь лично, иначе никак. Девушка молчала, прислушивалась и готовилась. Снова зашарил по участку пола под люком луч фонаря. Аркадий спускался на решетку. Ника поднялась и подняла вилы над головой. Луч света мерцал и перемешивался с тенями, Аркадий потянулся к замкам. Девушка приготовилась ударить и ей на руки полился кипяток. Ника вскрикнула и отпрянула вглубь погреба, выронив вилы. Аркадий не догадался открыть крышку у чайника, поэтому ей досталось не так много. После первой болезненной вспышки, ожоги пульсировали и ныли. Ника не позволила себе остаться в углу, куда забилась в первую минуту. Снова подняла свое примитивное оружие. Аркадий за ней следил, он успел сорвать первый замок, поменьше и выскочил прежде, чем она нанесла удар.

Пошел греть чайник.

Существуют безалаберные люди, не умеющие планировать и нести ответственность, поэтому опаздывающие везде и повсюду. На самом деле их не так уж много, скорее единицы. Гораздо чаще опаздывают в места, куда идти не очень хотят, предугадывают неловкость, чувствуют страх и неуверенность. Собеседования, работа, первые свидания. Еще опоздание хороший способ показать превосходство, даже пренебрежение. Ольга опаздывала по утрам в цветочный салон, потому что на самом деле там ей было не очень комфортно, приходилось заниматься разным, могла нагрянуть требовательная и слишком напористая владелица. Но дома у нее тоже не медом намазано, когда салоном завладела Ника, ситуация кардинально поменялась. Теперь она мчалась к назначенному времени, приходя за полчаса или больше. У нее есть ключи. В тот августовский день она отперла дверь и почти переступила порог, ее словно подтолкнуло под локоть, и Ольга повернула голову к улице. Машина слишком резко затормозила, шины с визгом сцепились с асфальтом. Она увидела с довольно близкого расстояния, как похищают Нику, отлетает вырванная из рук сумочка к обочине, мужчина бьет ее по голове и забрасывает в багажник. Громко вскрикнула и надолго замерла на одном месте. Слишком эмоциональная, она терялась в экстремальных ситуациях, но хотя бы не осталась стоять. Подбежала к участку дороги, где несколько минут была Ника. Расплакавшись, полезла в кусты за ее сумкой. Вещь упала совсем неудачно, прямо под разросшийся шиповник, Ольга изодрала себе все руки, но достала. Потащила добычу в салон и села на стул за стойкой. Мысли скакали и прыгали, вовсе не стройным лошадиным табуном, бегущим в одну сторону, наоборот, кто куда, не уследишь. Позвонила в полицию и путано, прерываясь на рыдания рассказала о случившемся, вряд ли дежурный много понял из ее рассказа, наряд обещал прислать. Вытащила телефон Ники из сумочки. Ольга знала пароль. Ника неоднократно набирала его при ней, не скрываясь, девушка не привыкла охранять такую информацию и у нее постоянно сбоила услуга распознавания по лицу. Поколебавшись и искусав губы, Ольга позвонила Льву, его номер занесен в избранные и указано имя-отчество полностью, не ошибешься.