— Херр Кох, я вас правильно понял, что падением продаж мы обязаны единственному фармацевту, работающему в собственной аптеке и изготовляющему свои лекарства кустарным способом?

Видя выражения искреннего недоумения на лице начальника, Кох с большим трудом удержался от улыбки.

— Немного не так, херр Штерн, все гомеопатические препараты, пользующиеся повышенным спросом, изготавливаются женой Алекса Циммермана, Лидией, имеющей диплом фармацевта-провизора, в аптеке города Менхенгладбаха. Сам же Циммерман является лишь владельцем аптечной сети.

— Хм, интересно, мы, оказывается, работаем рядом, практически земляки!- удивился Штерн.

— Не совсем так, — снова поправил начальника Роберт Кох. — Чета Циммерманов — этнические немцы несколько лет назад переехавшие к нам из Казахстана. Сам Алекс Циммерман по образованию врач-психиатр, но по приезду в Германии он развил бурную деятельность, взяв кредит, выкупил почти не дававшую дохода гомеопатическую аптеку в Менхенгладбахе.

Кстати, я ведь еще два года назад написал докладную на ваше имя об необычайно эффективных гомеопатических средствах аптеки Готлиба Краузе, угрожающих нашим продажам безрецептурных препаратов.

— Аптеку такую припоминаю, — согласился Штерн, — Вроде когда-то лет пятнадцать назад в ней побывал. Вот вашу докладную вспомнить не могу. Дату мне хотя бы приблизительно назовите.

Найдя в компьютере скан докладной, на котором его почерком было написано «Полная чушь» Вальтер Штерн смущенно кашлянул и более спокойном голосом спросил у собеседника.

— Роберт, мы же не первый год работаем, и на деле знаем эффективность гомеопатических средств, никогда не поднимавшуюся выше эффекта плацебо. Поэтому не говорите мне об эффективности этой водички. Давайте вместе подумаем, каким образом этот Циммерман смог поднять продажи. Ведь реклама безрецептурных препаратов у нас полностью запрещена.

Кох пожал плечами.

— Херр Штерн вы прекрасно понимаете, что лекарство, действительно помогающее больному, со временем перестает нуждаться в рекламе. Отсюда можно сделать вывод, что препараты Алекса Циммермана на деле эффективны против заявленных болезней.

— Понятно, — задумчиво процедил Штерн. — Спасибо, Роберт, за информацию. Я подумаю, как нам следует реагировать на подобного конкурента в бизнесе.

Кох, возвращаясь на свое рабочее место, злорадно думал:

— А ничего вы херр Штерн не сделаете. Нет таких препаратов у нашей фирмы. Хорошо, что я два года назад, заинтересовавшись этим феноменом, съездил в Мёнхенгладбах и купил там, в аптеке гомеопатическое средство «Золотой бутон». С тех пор у меня нет никаких проблем с женой и любовницей. Только бы аптека не сняла этот препарат с производства. Надо помолиться в храме за здоровье Лидии Циммерман.

Оставшись один, Вальтер Штерн взял из жестяной коробочки леденец и кинул его в рот. Политика компании в отношении курящих сотрудников резко усилилась в последние годы, поэтому пришлось срочно расставаться с любимыми сигарами.

По мнению Штерна, они придавали ему солидность на переговорах. Но в жизни приходится со многим расставаться, пришлось попрощаться и с сигарами.

— Так, и что же делать с этим Циммерманом? — думал он, листая снова данные по продажам . — Ладно, в первую очередь надо озадачить отдел безопасности, пусть займутся делом, наконец, и выяснят всю подноготную этого доктора. Не может быть, чтобы у такого предпринимателя все было в порядке с уплатой налогов, или регистрацией лекарств, да мало ли еще с чем. Если удастся найти доказательства его противозаконной деятельности, потребуем продать нам технологию изготовления его лекарств.

Я сидел у открытого окна, свежий ветерок задувал в него аромат цветущих магнолий. Весна 1997 года выдалась необыкновенно теплой, поэтому периодически хотелось откинуть в сторону все дела и просто прогуляться с Лидой по улицам Менхенгладбаха. Но, увы, позволить этого я не мог.

Шесть аптек требовали неустанного внимания. Именно столько аптек появилось у меня в собственности с 1992 года, то есть за пять лет. Притом, все они выкупались за живые деньги, без кредитов. Только за аптеку Готлиба Краузе еще приходилось расплачиваться, потому, что в договоре не было предусмотрена досрочная выплата займа. Да, тогда пришлось соглашаться со всеми требованиями банкиров. Зато сейчас мне периодически приходят по почте предложения предоставить кредит чуть ли не бесплатно. Но кредиты мне уже не нужны.

Еще бы! Любой зевака, посмотрев на очередь у дверей перед открытием аптеки, поймет, что ее хозяин в кредитах не нуждается.

За прошедшие годы я не стал поражать народ количеством новых лекарственных средств. На сегодняшний день их было всего четыре. Но именно за ними в наших аптеках с утра выстраивались очереди.

А Лида и две ее помощницы работали пять дней в неделю по семь часов, чтобы справиться с повышающимся спросом.

Еще в первые годы работы наши конкуренты выяснили, какие травы, и минералы мы закупаем для изготовления лекарств. Сделать это было не трудно. Тем более что мы особо этого и не скрывали. Однако самостоятельно с созданием препаратов у них ничего не получалось. Тогда все их внимание переключилось на наших фармацевтов.

Приезжавшие вербовщики обещали им золотые горы, если они перейдут на работу в аптеки Кёльна, или Дюссельдорфа. И, действительно, две женщины, принятые недавно к нам аптеку, быстро рассчитались и устроились в аптеки Дюссельдорфа. Их новые работодатели почему-то думали, что теперь смогут создавать что-то вроде антимигренола, или золотого бутона. Но, увы, ничего подобного не случилось.

В аптеках работали отнюдь не дураки, поэтому попытки переманить наших работников моментально прекратились, какой смысл брать на работу новых сотрудников, обещать им баснословные зарплаты, если создать препарат с нужными свойствами они не могут.