— Хотите, я ее взорву? — осторожно поинтересовался Март, с трудом, но сдерживая желание немедленно разнести преграду с максимальными спецэффектами.

— Нет, обвалиться может, — предупредительно поднял руку Север, улавливая его нетерпение. — А вот заморозить — вполне.

Лучник пожал плечами, но спорить не стал — и уже через мгновение ближайшая из плит покрылась толстым слоем льда, промерзая насквозь. Змею отдельные указания не потребовались — волна пламени лизнула камень, резко изменяя его температуру и пустив по поверхности глубокие трещины. Обдав героев облаком пыли, громко зашелестев, плита осыпалась на пол, открывая проход. Бестии, словно живые, сомкнули пасти и опустили головы, а впереди, в небольшой комнатке, вспыхнули факелы. Ни двери, ни арки здесь не было, зато под ногами зиял широкий колодец. Во мраке его что-то тихо плескалось.

Север зашагал вперед первый, снял со стены один из факелов и, наклонившись, внимательно изучил выложенное кирпичом отверстие под ногами.

— Это тупик? — спросила его Лана. — Откроем вторую?

— Это вход в первое подземелье, — уверенно произнесла Тенька, внимательно изучавшая постамент. — Здесь углубления для трех частей, значит, за каждой из стен нам надо найти осколок. Придется поплавать.

— В таком случае, ты пойдешь первой, — Лана уперла руки в бока. — Если что — невидимой станешь.

Плутовка лишь презрительно фыркнула. Даже в полной темноте она видела отметки противников где-то внизу, в воде, и понимала, что это не самая удобная среда для боя. А, спрыгнув сверху, она обязательно кого-то заденет. Знали это и Лана со Змеем. Догадывался и Север.

Маг шагнул к краю, пустил вниз яркою искорку, выхватившую из мрака зеленоватую поверхность воды и копошащихся в колодце монстров, похожих на червей в банке. Белые, давно лишившиеся мяса кости, блеснувшие на свету черепушки с пустыми глазницами, кое-где покрытые бурым слоем водорослей, отчего-то острые зубы и когти — даже не имея глаз, скелеты моментально подняли головы и высунулись, насколько могли, пытаясь поймать светлячок. Заклацали челюсти, и Лану передернуло. Убедившись, что поблизости нет опасных кристаллов, усиливающих ее заклинания, она ударила разрядом молний, ставшим теперь сильней и продолжительнее. Скелеты замерли, стали медленно опускаться на дно, а Тенька втянула носом воздух.

— О, супчик! Есть лаврушечка?

Прист лишь недовольно цыркнула в ответ на неприкрытую насмешку. Она и сама понимала теперь, что натворила: и без того затхлая вода превратилась в жирный, наваристый костный бульон, прыгать в который совсем не хотелось. Да и что ждет их внизу, в темноте?

— Ничего страшного, — странно, фраза, которую можно было ожидать от Севера, прозвучала из уст Змея. — Но поторопитесь, они долго не продержатся.

Он едва заметно шевельнул пальцами — заклинания теперь требовали меньше движений, и вокруг всех сопартийцев, включая Зефирку, вспыхнул магический барьер. Север выставил вперед свой щит, сжал нырнувшую в ладонь руку Теньки — и сиганул в колодец. Послышалось жадное чавканье, поверхность сомкнулась над их головами и быстро успокоилась. Лана, ощущая приступ страха и гадливости, сжала кулачки и зло нахмурилась. Чертова девчонка! Прист отступила на шаг — и полетела следом. За ней отправился маг и Март, успевший напомнить кошке, чтобы держалась крепче.

Заклинания хватило на то, чтобы преодолеть широкую полосу на поверхности и добраться до более-менее чистой воды. Стены колодца едва заметно мерцали, освещаемые колониями поселившихся на них водорослей и мелких прозрачных рачков, но под ногами по-прежнему шевелился мрак. Север, который из-за веса доспеха опускался на дно быстрее других, внезапно ощутил, как что-то обвилось вокруг его ноги, и непроизвольно дернулся. Хватка стала сильнее, а щупальце темноты оказалось длинным стеблем какого-то растения. Мужчина достал было меч, чтобы перерубить его, но в ту же секунду со дна к нему кинулись еще два десятка таких же, стремясь схватить за руки, обвиться вокруг шеи, затащить вниз. Заклинания и лук под водой оказались совершенно бесполезны, но Тенька даже не ждала, когда это выяснится. Она оттолкнулась от ближайшей стенки, стрелой ушла вниз, уже выхватив кинжалы и метя в ближайший стебель. Перерезала его одним взмахом, потянулась к соседнему, пытаясь не дать себя ухватить. С меньшим успехом, но все же более-менее удачно Север размахивал мечом, отбиваясь от новых и чувствуя, что у него заканчивается воздух. Внезапно Тенька схватила его за пластину доспеха, потянула куда-то в сторону, вслед за синеватым огоньком, запущенным Змеем. Шахта колодца делала изгиб, спускаясь еще глубже, и маг с пристом уже нырнули туда.

Окончательно освободившись от настырных растений, Север направился за ними — и вновь тяжелая сталь потянула мужчину на дно. Уже без страха он проваливался все ниже, в темноту, ощущая характерную легкость тела и тягучесть движений, так мешавшую недавно в небольшом сражении. Но врагов пока видно не было: в слабом отблеске света он различил только странный, густой поток зеленоватого цвета, вытекавший из расщелины в противоположной стене и срывавшийся водопадом в бездну. Север его предусмотрительно обогнул, а вот Лана не заметила и задела длинным подолом платья. Ткань стала моментально растворяться, а девушка, увидев вспыхнувший перед глазами значок дебафа, уничтожавшего защиту от снаряжения, поспешно сменила мантию на белую пижаму, в которой они начали свой путь, и лишь потом попробовала развеять проклятье. Это ей удалось с третьего раза, одежда теперь нуждалась в починке, и Лана даже знать не желала, как теперь она выглядит. Она чувствовала, что у нее тоже заканчивается воздух в легких, но уже различила впереди слабый свет. Если только это не очередное чудовище — скоро она сможет отдышаться.

Шахта вновь изменила направление, превратившись в горизонтальный тоннель, а через несколько мучительно долгих минут (в игре они могли задерживать дыхание куда дольше, чем в жизни) над головами замерцала бликами поверхность, освещенная, как казалось, мощными лампами. Север всплыл первым, жадно глотнул холодный затхлый воздух и осмотрелся по сторонам: впереди, довольно высоко от воды, виднелся уступ, уходивший в темноту арки, а на потолке распустились огромные каменные цветы, испускавшие мягкое, яркое сияние. Выбраться на скалу казалось делом непростым: не за что было ухватиться, площадка нависала над подземным озером, и единственное, до чего мужчина мог дотянуться, если повезет — пористый и влажный сталактит, судя по виду — ужасно скользкий.

— Держи, — вынырнувшая рядом Тенька протянула ему моток веревки, разветвлявшейся на конце на пять частей. Каждая заканчивалась странным шариком, похожим на игрушку-«лизуна». — Я сама залезу.

— Что б я без тебя делал, — улыбнулся Север.

Девушка довольно хмыкнула, мельком взглянув на вынырнувшую Лану, похожую на мокрую кошку, и промолчала.

Танк размахнулся, веревка оплела каменный нарост, крепко прилепляясь к сталактиту, и мужчина начал карабкаться из воды. Почти достигнув уровня уступа, Север раскачался, как следует — и перепрыгнул на него. Веревку он отлепил и, обмотав вокруг руки, спустил вниз, помогая выбраться остальным. Тенька не хотела ждать, пока все вылезут, ей не терпелось узнать, что ждет их дальше, поэтому девушка, ловко орудуя кинжалами, словно крюками, стала карабкаться по тому же сталактиту. Послышался внезапный стрекот. Гладкая поверхность камня мгновенно ощерилась тонкими зелеными иглами с прозрачными, густыми каплями на конце, и плутовка болезненно вскрикнула. Сталактит, оказавшийся частью живого организма, начал быстро втягиваться в закрывающиеся лепестки одного из цветков.