Вообще-то, Мария полагала, что княжна будет спрашивать о Петре. Как ни владела собой Елена Митрофановна, ей плохо удавалось скрывать своё беспокойство. Но она отчего-то спрашивала об отвлечённых вещах. Нет, понятно, что вопросы касались противника и самого редута, но всё же было очевидно, что по-настоящему её волнует другое.

Голицына же лихорадочно искала способ помочь Ярцеву, по глупости своей оказавшемуся бог весть где, на самом острие удара вражеской армии. К слову, совершенно неожиданном ударе. Как говорится, ничего не предвещало беды. Случались, конечно, пограничные конфликты, и крупные в том числе, но всё дело этим и ограничивалось. Но теперь, похоже, и впрямь завертелось всерьёз.

– …он меня вытолкнул в портал прямиком на Красную площадь. Я потом с ним связалась, он может уйти, запаса Силы хватит, а капитан Яковлев устроет переправу, но он отказался, сказав, что не оставит своих людей, – закончила наконец Долгорукова.

– То есть у вас есть с ним связь?

– И да и нет. У нас есть «Разговорник», но после последнего разговора он не отзывается, – ответила Лиза.

– Не переживайте. Сомневаюсь, что ливонцам удастся так легко захватить редут, а уж Петра Анисимовича достать и того сложнее. Помнится, у него «Панцирь» в тысячу люм. Мария Ивановна, Елизавета Анисимовна, не окажете ли вы мне честь позавтракать вместе со мной? – вдруг спросила Голицына.

– Позавтракать? – удивилась Долгорукова.

– Да.

– Но…

– Это ведь не повод морить себя голодом. Фрол, – позвала она.

– Да, ваша светлость, – тут же появился в дверях дворецкий.

– Прикажи подать завтрак в столовую и проводи гостей.

– Слушаюсь, ваша светлость.

– Сударыни, я прошу меня простить, мне необходимо отдать кое-какие распоряжения, но очень скоро я к вам присоединюсь.

Выйдя из гостиной, Елена Митрофановна остановилась, привалившись к стене, забранной декоративной панелью, и тяжко вздохнула, прижав ладонь к груди. Что же этот паршивец делает?! Может уйти, но предпочитает разделить судьбу со своими боевыми холопами. Ну, хорошо, конюхом и лакеем. Дай только Господь вырвать его оттуда, она его сама задушит.

Секундная слабость прошла, Елена Митрофановна оттолкнулась от стены, выпрямилась и вернула образ уверенной в себе представительницы княжеского рода. Рука скользнула в боковой карман мундирного кафтана, и она извлекла «Разговорник». Увы, дорогое удовольствие, а потому нераспространённое. Но уж связь с командиром первого батальона и по совместительству заместителя она поддерживала всегда.

– Аркадий Давыдович, – вызвала Голицына и приложила камень к уху.

– Я слушаю, ваша светлость, – вскоре послышался голос майора Изотова.

– Мне нужны вы, Григорьев и Тынский спешно и снаряжённые для серьёзного боя. Ожидаю у себя дома. Слушаю.

– Слушаюсь, ваша светлость. Слушаю.

– Закончила разговор.

Задуманное ею весьма рискованно, но вполне осуществимо. Вот только времени у неё катастрофически не хватает. В любую минуту может последовать приказ готовить полк к выступлению, ну или хотя бы придёт оповещение о начале войны. С этого момента она окажется прикована к полку кандалами и не сможет отлучиться.

Отправить на Заситинский редут своих вассалов? Это глупо. Потому что среди них нет высокоранговых одарённых. А средним там делать нечего, разве только продлить агонию и погибнуть. А вот у четверых высокоранговых уже есть все шансы свести драку к ничьей.

Она достала «Разговорник» и попыталась вызвать Петра. А когда тот не ответил, ею едва не овладела самая настоящая паника. Однако она сумела взять себя в руки и успокоиться. В бою не особо получается уследить за какой-то там вибрацией камня в подсумке.

Спустившись в подвал, Елена Митрофановна вошла в сокровищницу с укреплёнными плетениями стенами и дверью. Пришлось потратиться на бриллианты для того, чтобы уберечь ещё большие богатства. Кроме золота и серебра в тайнике хранилась небольшая шкатулка со свободными камнями и амулетами.

Подняв крышку, она взяла из отдельной ячейки два камня по двадцать карат. Редкость несусветная, оба достались ей в качестве трофеев и занимали особое место в её сокровищнице. Ценность их вовсе не в стоимости, хотя она и велика, а в предоставляемой ими возможности. И это далеко не только вместилище двух тысяч люм Силы. Её можно хранить и в более мелких камнях, которые куда доступней, а вот для открытия портала годится далеко не любой бриллиант.

На малый портал для перехода одного человека необходимо затратить тысячу люм Силы, которая должна быть сосредоточена не в разных хранилищах, а в одном, на которое и запитано плетение. К слову, это может быть и вместилище сильного одарённого. Плюсом к этому необходимо для его активации затратить десять люм разового лимита, а потому активировать плетение могут одарённые, приближающиеся к пятому рангу.

Средний портал на двоих человек требует запаса в две тысячи люм Силы и сотню на активацию соответственно. А потому активировать его сможет только одарённый, приближающийся к восьмому рангу. Большой, способный пропустить троих, четыре тысячи и одну соответственно, и, как следствие, доступен одиннадцатому. Так что удобный способ передвижения, но невероятно затратный.

Ну и такой момент, что его можно открыть и без амулета, но для этого необходимо иметь соответствующий разовый лимит. Стало быть, малый портал по силам только одиннадцатиранговому одарённому.