– Давай тогда я обниму тебя, – подумав немного, решила она.

– Как скажете, ваше высочество.

Я сел в круге, она пристроилась сзади, обняла меня, прижавшись своей рельефной грудью к моей спине и обвив ногами. М-да. Ну что сказать, хорошо всё же, что она села позади, иначе мне не удалось бы скрыть, насколько подобное соседство волнительно. Впрочем… Судя по пробежавшей по ней дрожи и учащённому дыханию, Мария Ивановна так же не осталась безучастной к этой близости. Поэтому я поспешил активировать конструкт, дабы сбить невольные фривольные настроения…

– Это!.. Это!.. – задохнулась она, когда конструкт наконец погас.

– Не передать словами, да? – улыбнулся я.

– Да это вообще нечто запредельное! Судя по вместилищу, я с изрядным запасом поднялась на четвёртый ранг! – возбуждённо выпалила она.

Ну, вообще-то, ничего удивительного. Долгорукова уже приближалась к третьему рангу, к тому же у неё хороший потенциал и пропускная способность каналов куда выше, чем у Лизы. О моих прежних и говорить нечего. Так что всё закономерно, и к исходу этого месяца она вполне может стать обладательницей седьмого ранга и догнать меня по потенциалу.

Я тут подумал, отчего бы не провести её по всем карманам. Да они пока не полностью созрели, но, с другой стороны, для Марии Ивановны это будет такой старт, что твоя ракета. Конечно, уложиться до начала занятий мы не успеем, но я вообще решил забить на университет и вплотную заняться нашими планами. Благо уйти самовольно в эдакий аналог академа вообще никаких проблем. Что же до неё, то несколько дней на губе за такую возможность это такие мелочи, что о них не стоит даже заикаться.

К следующему месту Силы с периодичностью в четыре месяца мы подъезжали уже при свете дня. Место достаточно глухое, находится в глубине рощи, вдали от посторонних глаз. Хотя я всё равно решил действовать ночью, чтобы свести к минимуму шанс нарваться на свидетелей.

– Пётр, покажи мне место Силы, – попросила меня Долгорукова, когда мы присели, чтобы перекусить.

– Да чего его показывать-то, вот оно.

Я указал рукой в нужном направлении, но встретившись с взглядом великой княгини, поднял руки в жесте капитуляции. После чего встал, предложил ей руку, словно мы были на балу. Она приняла игру и с нарочитой чопорностью приняла мою помощь, направившись в указанную сторону под руку со мной.

– Вот, собственно говоря, это место и есть.

Указал я на ни чем не примечательный участок, свободный как от деревьев, так и от кустов подлеска. Примерно посредине его пересекает звериная тропа. Хм. И ещё одна, пожиже, уходит в сторону. Бог весть отчего, но я пошёл по ней, и вопреки моим ожиданиям она повела не в другую сторону, а обходила карман, соединяясь с более натоптанной, ведущей к переходу через овраг.

И что меня привлекло в этой тропе? Точно! На идущей через карман я видел отпечатки копыт, лап лисицы и медведя. Всё как обычно. А вот на обходной только волчьи. Я тщательно изучил следы, напрочь позабыв о спутнице.

– Пётр, может, объяснишь, что ты делаешь? – наконец не выдержала она.

– Волчьи следы ведут в обход, и ни единого следа через место Силы. Ты понимаешь, что это значит?

– Волки чувствуют Силу и обходят её стороной, – после секундной паузы сделала вывод она.

– Именно! И когда приближаются, предпочитают обойти, причём вне зависимости от полнолуния. Ох, недаром они воют на луну, и именно волчье обличье принимает оборотень.

– Есть сказания и об оборотнях медведях, лисах, рысях, – неуверенно заметила Долгорукова.

– И сколько таких фактов задокументировано?

– Ни одного. Кажется, – после очередной заминки неуверенно ответила она.

– Вот именно, что ни одного. И будь я проклят, если это всё не взаимосвязано.

– И какой из этого вывод? Хочешь использовать волков для поиска мест Силы?

– Хорошо бы, да не выйдет. Видите, волки бегут по тропе и отворачивают от кармана, практически добежав до его края. То есть чувствуют опасность только в непосредственной близости.

– А почему опасность? – спросила она.

– В смысле опасность? – не понял я.

– Ну, ты сказал, что они чувствуют опасность.

– Хм. И впрямь так и сказал, – помяв подбородок, растерянно признал я. – А что, если…

– Что? – тут же спросила внимательно наблюдавшая за мной Долгорукова.

– Что, если волки так же могут обращаться?

– В людей, – хмыкнула она.

– В волколаков, – не поддержал я её веселья. – Волколак это всё же не волк, а уже другой зверь, изменённый Силой. К примеру, я точно знаю, что он не боится плетений. Вообще никаких. Только добрую сталь и свинец.

– Хочешь попробовать обратить волка?

– Жаль на это разряжать карман, но есть у меня один, который лишь месяц как сбросил Силу. На нём и попробую. Только надо бы как-нибудь волка поймать. Впрочем, объявлю награду, найдутся и охотники…

Ещё до темноты мы с Марией Ивановной ушли в изнанку. На этот раз каждый сам по себе, чтобы заняться ростом вместилища. Даже мне всё ещё не имело смысла воздействовать на него, будучи в потоке, что уж говорить о ней, находящейся под воздействием желчи…