– Он забросил тебя в Алькатрас?

Я кивнула.

– Его способ сказать мне, что я веду себя необычайно глупо.

– По крайней мере, он поместил тебя туда, откуда ты могла бы выбраться, - пробормотал он, выглядя почти ревнивым.

– Что происходит в церкви?
– спросила я, чувствуя, что новое понимание между нами было тонким, как бумага или как паутинка, но оно было.

Ходин поморщился.

– Они спорят о том, что делать с тобой и Констанс, - сказал он.
– Один хочет убить тебя, чтобы возобновить нормальную работу. Остальные не согласны.

– Мило.
– Обычные решения? При Констанс не было бы ничего нормального, и мое беспокойство снова нахлынуло. Мне не нужно было гадать, кто хотел купить благосклонность Констанс моей смертью.
– Хочешь войти?
– внезапно спросила я.
– Я имею в виду, раз уж ты здесь.

Зак издал сдавленный писк. Ходин моргнул, мягкая улыбка разгладила слабые морщинки вокруг его лба и глаз.

– Спасибо, да, - сказал он, и я кивнула, опустив голову, когда потянулась к двери.

«Слава Богине, что у меня есть Зак», подумала я, а затем сказала вслух:

– Зак, ты не против, если я отнесу тебя внутрь? Там много пользователей магии, и не все могут знать, что ты мышь.

Он кивнул, и я неловко вышла, воспользовавшись моментом, чтобы просто постоять там и подышать послеполуденным воздухом, наслаждаясь им. Я почти забыла, что сейчас весна. Малиновки пели в честь приближающегося заката, желая дождя, чтобы грязь свила им гнезда. Церковь выглядела красиво, вся освещенная, тихая и безмятежная, с тенями, скрывающими стройку - ровная трава и новая краска вокруг окон. Кто-то подстриг траву на кладбище, и запах был как в раю.

Успокоившись, я захлопнула дверь, стук был громким на залитой тенями улице. На кладбище было тихо, и только тонкая струйка дыма поднималась от костра, невидимая за шестифутовой стеной.

– Ты собираешься устроить переполох, - сказала я, поворачиваясь к Ходину, но он уже ушел.
– Э, Ходин?
– крикнула я, а затем застыла, как вкопанная, от шквала черных крыльев и развевающихся перьев, летящих на меня.
– Черт возьми, Ходин! – зашипела я, вздрогнув, когда он приземлился мне на плечо, весело покачивая головой, впиваясь когтями прямо в мою рубашку. Мое сердце бешено колотилось, и я колебалась, пробуя на вкус, каково это - быть с ним рядом, наконец решив, что все в порядке.
– Дерьмо на тосте, предупреждай, - пробормотала я, и он издал тихий, забавный горловой хрип, когда я начала подниматься по дорожке. Трент мог бы догадаться, кто на самом деле был у меня на плече, и Дженкс, конечно. Но для остальных это выглядело бы как возвращение сумасшедшей Рейчел Морган в свою церковь с новым бездомным.

– Соль на колокольне, чтобы разрушить чары, - сказала я Заку, прижимая его к себе, когда из церкви вышли три неряшливых оборотня, самоуверенные и самодовольные, с коробками чего-то похожего на строительный мусор в руках.

– Морган, - сказала первая, проходя мимо меня, ее шаги были тихими.

– Морган.
– Второй подмигнул мне, и я сморщила нос от запаха Бримстона.

Третий ничего не сказал, покраснел, наклонил голову и застенчиво улыбнулся мне.

Дружелюбно болтая между собой, они загрузили коробки в фургон, когда он тронулся, голоса стали громче, и они поехали в сторону города в облаке голубого дыма.

– Бримстон, - прошептала я, и Ходин кивнул, очевидно, довольный тем, что «был птицей». Оборотни и Бримстон не сочетались. Очевидно, Трент добился успеха. Я зашагала быстрее, и сияние гордости придало шагам дополнительный импульс, когда проходила по две ступеньки за раз. Мой парень - наркобарон, обычный вор и распространитель наркотиков.

Я улыбнулась шире при виде полированной таблички с именем и провела по ней пальцами, будто это был пробный камень, затем открыла дверь и вошла.

– Трент?

– Где он? – взревел Каспар, и я отшатнулась, ударившись плечом о стену у двери, когда высокий, сердитый эльф практически прижал меня к ней.

Ходин поднялся в воздух, его воронье хихиканье звучало как смех, когда он полетел к открытым стропилам в святилище. Раздались возгласы удивления, и я, пораженная, уставилась на Каспара. Воздух затрещал между нами, и это было все, что я могла сделать, чтобы не швырнуть его через темное фойе взрывом линейной энергии.

– Я принес тебе Бримстон, а ты ушла оттуда без Захарии, - проревел Каспар.
– Объясни...

– Притормози, Каспар, - сказала я, толкая его. Игра на пианино остановилась, и силуэт Трента вырисовался в арке, ведущей в святилище. Облегчение наполнило меня. Он был в порядке. Кто-нибудь позвонил бы, если бы нет, но все равно...
– С Заком все в порядке, - добавила я, глядя на Трента.

Руки Каспара сжались в кулаки, он затрясся.

– Ты видела его и ничего не сделала! Ты бросила его!

Все еще глядя на Трента, я ногой захлопнула дверь, и фойе погрузилось во тьму. Святилище было залито ярким светом, и небольшое движение привлекло мое внимание к миссис Саронг за пианино. Это она играла. Она вопросительно приподняла брови, женщина была готова разорвать мне горло и при этом улыбалась. Убить меня, чтобы успокоить Констанс? Звучит примерно так.