– Да.
– Дженкс завис рядом.
– Рейч знает расписание. Она целый год жила без машины. А затем несколько месяцев без лицензии, пока DMV не включила демонов в качестве опции в приложение.

Стеф напряглась, и я отпустила ее, отступив назад, когда она шмыгнула носом, глядя в потолок, как будто смущаясь.

– Посмотрите на меня, - сказала она с печальным смехом.
– Я в полном беспорядке. Я должна позвонить на работу и сообщить им, что со мной все в порядке. Последнее, что они знали, это то, что я вылетела за дверь.

– Хорошо, конечно.
– Я отодвинулась, пока не уперлась в дверной косяк.
– Комната твоя до тех пор, пока она тебе нужна, или пока город не выгонит нас за отсутствие разрешения на проживание. Что бы ни случилось раньше.

– Еще раз спасибо.
– Стеф оглядела крошечную комнату, все еще слегка пахнущую вампиром, когда достала телефон из кармана.
– Я, вероятно, отправлюсь в Цинциннати позже. Узнаю, когда автобус ходит отсюда в больницу.

– Звучит заманчиво.
– Я отступила в коридор, чтобы дать ей немного уединения.
– Бутерброды будут на заднем дворе, когда будешь готова. Дженкс, возможно, ты захочешь осмотреть сад, - добавила я, когда он не выказал никаких признаков того, что собирается уходить.
– Я слышала, как Рекс напугал нескольких пикси.

– Да, я видел их, - пробормотал он, его пыльца приобрела средне-серый и красный оттенки нерешительности и гнева.
– Они знают, что лучше не быть здесь.

– Ну, будь милым, хорошо?
– сказала я, зная, что это будет трудно, так как они вторглись на чужую территорию, а он очень гордился садом. Стеф уже говорила по телефону, рассеянно махая мне рукой, когда мы с Дженксом направились по коридору к временной задней двери.

У него, вероятно, была где-то нора пикси, которую он мог использовать, чтобы выбраться наружу, но он ждал, напевая на высоте головы, пока я жонглировала кофе и бутербродами и открывала импровизированную задвижку. Наконец дверь распахнулась, и в комнату ворвались солнце и прохладный ветерок, шевеля мои волосы и поднимаясь до самой колокольни, чтобы развеять пыль. Это было так, будто церковь сделала очистительный вдох, и я стояла там, где была, глядя за обрыв на ранний весенний сад и заросшее высокой травой кладбище.

Дженкс захрустел крыльями, устремляясь к группе пикси, которые кружили вокруг Рекс.

– Будь осторожен! – прокричала я, и его пыльца замерцала красным.

– Я не собираюсь быть съеденным моим собственным котом, женщина!

Я говорила не о коте. Дженкс был одним мечом против их множества, и хотя пикси обычно не сражались с другими пикси за землю, это был большой, продуктивный сад. Напомните-ка мне еще раз, почему мы обмениваем его на несколько ящиков на крыше?

Кто-то, предположительно строительный рабочий, поставил пятидесятипятигаллоную бочку как ступеньку. Это привело меня на полпути вниз, а оттуда пара камней, взятых из разрушенного фундамента, доставили меня на влажную землю.

Выражение моего лица смягчилось, когда я пробиралась через оставшийся фундамент к цементной площадке, которая когда-то удерживала наши задние ступени. На дубе, затенявшем стол для пикника, раскрылись крошечные листочки, и на мне мелькнула улыбка. Он выжил. Я не была уверена. Возможно, стоило бы нарушить мое молчание с Алом, чтобы спросить его, есть ли проклятие, чтобы исправить это.

Благословенное удовлетворение охватило меня, когда я поставила кофе и бутерброды на обгоревший стол и опустила свой зад на слегка влажную скамейку.

– Кофе и еда, - прошептала я, разворачивая похрустывающую бумагу, довольная этим единственным моментом времени. Я закрыла глаза, когда откусила первый кусочек, терпкий помидор идеально сочетался с дополнительным беконом, который парень положил для меня.

Пока не зазвонил телефон, все испортив.

Вздохнув, я вытащила его из кармана. Если это Эдден, я отправлю его на голосовую почту. Но это была Шаррон, и, быстро сглотнув, я нажала на значок приема и включила ее на громкую связь.

– Шаррон!
– воскликнула я, и с другого конца сада Дженкс отвернулся от своих переговоров на крыльце.
– Я рада, что ты позвонила.
– Я сдвинулась на скамейке, пока не нашла более сухие доски на солнце.
– Каковы шансы, что мы сможем снять в аренду наше новое помещение до даты закрытия?

Я услышала, как Шаррон вздохнула, а потом ничего.

– Шаррон?
– нерешительно спросила я.

– Я здесь, - наконец сказала она, но ее тон заставил меня волноваться больше, а не меньше.
– Я немного смущена. И на самом деле очень зла. У нас было устное соглашение, и когда я передала его на подпись, они отказались. Просто не подписали.

Мои губы приоткрылись, и взгляд устремился через сад к Дженксу.

– Они отказали?
– громко сказала я, и пикси метнулся ко мне. Я не могла в это поверить. Мы потеряли еще одно место.

«Или не мы?» подумала я, и мой гнев усилился, когда я вспомнила слова Пайка. Это не было случайностью. Это была Констанс.

– Я так зла, что готова грызть гвозди и плеваться ржавчиной, - говорила Шаррон, и я одними губами сказала Дженксу: - Мы потеряли витрину.

– Ведро с дерьмом волшебного пукающего тролля, - выругался Дженкс, его пыльца стала сердито-красной.