Открылась программа распознавания лиц, куда уже была загружена фотография из моего дела и из объявления. Через несколько секунд высветилось окошко с надписью: «Сходство 99,9%».

Можно было продолжать отпираться, аргументируя это тем, что мало ли в мире двойников. Но это бы ни к чему хорошему не привело.

Ведь если генерал и куратор затеяли этот разговор, значит они еще не звонили моим родственникам. Они предоставляли мне возможность объясниться и, возможно, договориться:

— Вы правы, — начал я спокойно говорить. — Меня зовут Воронцов Алексей Дмитриевич. Тринадцатый сын покойного князя.

— И что же княжич делает в нашем училище? — спросил генерал, скрестив руки на столе перед собой.

— Скрывается от тех, кто хочет его убить. И учится.

— А вот это уже интересно.

— Мне тоже. Я понятия не имею, кто из родственников хочет меня убить, поэтому стараюсь сидеть тихо.

— У вас плохо получается, — подметил куратор.

— Знаю, — кивнул я и обратился к генералу. — Вы сообщите обо мне?

— По идее я обязан это сделать, если не хочу лишиться работы.

— Но не сделаете?

— Нет, вы сами сообщите о себе, — он пододвинул ко мне стоящий на столе телефон.

Такие старые агрегаты только в бюджетных организациях и остались.

— Меня убьют раньше, чем я доеду до Москвы, — холодно сообщил я.

— Поэтому звоните тому, в ком точно уверены. Насколько я знаю, у вас большая семья.

Да, но с этой семьёй я фактически не знаком. А рисковать не хотелось. Поэтому я объяснил свою позицию:

— Те, в ком я был уверен бросили меня умирать. И я только чудом выжил.

Генерал и куратор переглянулись. Такого они не ожидали. А у меня возникла идея, как решить этот вопрос. Раз я не смогу постоянно здесь скрываться. Фактически, меня уже нашли. Ведь кто-то передавал Топору сведения.

— Мне понадобится несколько месяцев, чтобы выяснить, кто желает моей смерти, а кому можно доверять, — высказался я.

— И как же вы это сделаете?

Я вопросительно посмотрел на куратора, и он кивнул.

— С помощью призрачных шпионов. Иван Фёдорович рассказывал вам о них?

— Да. Это вы ловко придумали.

— Мне понадобится еще пять подопечных. На выходных с вашего позволения я поеду в Москву и отправлю их в поместье Воронцовых.

— Вас же сразу узнают, — ответил куратор.

— Не узнают, если отправить предметы курьером.

— А как их забирать?

— Я отправлю нечто такое, что обязательно окажется в мусорке. А там уже можно местных бом… уборщиков подкупить, чтобы принесли.

— В этом есть логика.

— Но мы не можем одобрить поездку в Москву без сопровождения, — дополнил генерал и задумался. — Скоро отборочные соревнования начнутся, если пройдете, то второй этап будет уже в Москве.

За это время меня может раскрыть наблюдатель. Ведь у него появится много вопросов, когда Топор не выйдет на связь. И неизвестно, кому ещё этот вор рассказал о княжиче Воронцове.

С одной стороны, и Топор не дурак, чтобы делиться ценной информацией. Однако, рисковать собственной шкурой не хотелось. Как и объяснять присутствующим, что я смог сбежать из тюрьмы.

— Иван Фёдорович, может быть вы составите мне компанию? Я готов оплатить билеты и проживание в гостинице на ночь, — предложил я.

Хотя сомневался, что мне хватит оставшихся денег. Там было не больше десяти тысяч с учетом моей доли от нахождения видящего.

— Благодарю, Алексей, но я и сам могу за себя заплатить. Тем более, Татьяна давно хотела туда съездить, но я теперь всегда дежурю по субботам, — ответил куратор.

— Вань, раз такое дело, то я договорюсь. Поменяем твою смену на какой-нибудь будний день.

— Спасибо, — улыбчиво ответил я.

Чтобы заплатить за себя, мне точно хватит денег. Фух.

— Кстати, Алексей, держите, — куратор достал из кармана два карандаша, ручку и протянул их мне. — Завтра заеду за ними. Диктофон уже лежит у вас в комнате в верхнем ящике тумбочки.

Я кивнул. Надо проверить, чтобы вместе с диктофоном там прослушка не появилась. Внезапно посреди комнаты материализовалась знакомая бабуля и гордо произнесла:

— А я двоих видящих нашла, между прочим.

— Спасибо, Лариса Дмитриевна. Сможете выбрать сегодня фильм. А сейчас, не могли бы вы нас оставить.

Бабуля победно хлопнула в ладоши и исчезла.

— Вашим призракам бы субординацию объяснить, — строгим тоном сказал генерал.

— Уже пытались, — вместо меня ответил Иван Фёдорович.