Чаша поглотила их.

Торможение не когтило, воздух не пел приветственных песен. Клифф уставился на стеноэкраны: один дисплей показывал висящую над ними на бледно-синей нитке пламени «Искательницу солнц»; другой демонстрировал приближавшуюся бесструктурно-черную вершину бьюта. Еще один экран был занят обзорным изображением струи.

Клифф лениво следил, как извиваются огненные плети – оранжевые и цвета слоновой кости. Внезапно ему явилась идея.

– Абдус!

Индиец лежал в противоперегрузочном кресле. Лицо его было мертвенно-бледным, а самочувствие – несомненно хреновым.

– Ты ведь изучал струю?

– А? А, да… Клифф…

– Что именно она излучает?

– Рентген. Микроволны. В ИК-диапазоне тоже… много.

– И?

– В видимом свете – не сильно. Много микроволнового и широкополосного… радиочастотного… шума.

Прикованный к креслу Абдус явно радовался возможности отвлечься от мыслей о грядущей посадке.

– Она… такая красивая. Такая… громкая.

– Готов побиться об заклад, что именно поэтому мы и не услышали их передач. Они избегают радиочастотного и видимого диапазонов. Используют связь напрямую по лазеру – и по боковым лепесткам зацепить сигнал невозможно.

– А, да, они… умные, – ответил Абдус, умолк и уставился в летевший навстречу ландшафт. Губы его неслышно двигались.

Овал озаряли молнии. Какой-то электрический процесс, подобный каскадным световым занавесям, исходящим из земной ионосферы? Клифф следил за быстрыми оранжевыми разрядами, скользившими по бьюту, как сверкающие пальцы.

Удерживающая атмосферу светло-синяя мембрана простиралась теперь прямо под ними. Видна она была лишь под определенным углом зрения. Свет Викрамасингх отражался от длинноволновых фронтов, рябивших по мембране, уподобляя ее прозрачному океану. Клиффа поражало, как легко обмануть мозг: кряжистые горы и длинные глубокие зеленые долины, казалось, лежат на океанском дне. Отчего-то конструкция выглядела и удивительной, и знакомой, родной, почти как обычная планета.

Они летели под углом к поверхности, двигатели рычали, у Клиффа сводило зубы. Челнок мчался над мембраной, как скейт, Клифф видел медленно перекатывавшиеся по ней волны, величественно пульсирующие складки. Чем движим этот механизм?

Как похоже на океанские приливы Земли. Вероятно, волны порождаются вращением огромного артефакта и в свою очередь влияют на погоду под мембраной. Так и в земной атмосфере – ураганы возникают из-за вращения планеты относительно полюсов. Каких еще удивительных аналогий можно ожидать в столь колоссальном масштабе?

Он наблюдал за длинной вереницей дождевых облаков, зацепившихся за гребень волны. Гневные сине-серые облака кучились к высокому светлому пику, как если бы, поднимаясь, остывали и теряли влагу. Клифф проследил, как окруженный тучами гребень удаляется к горизонту. Дождевые фронты маршировали, как солдаты полка на плацу: по позвоночнику Клиффа побежали мурашки. Сама мысль о дождевом фронте, распространившемся по территории обширней земного континента, сбивала дыхание от изумления.

Они оказались прямо над черной колонной и начали снижение. Желудок Клиффа взбунтовался, порываясь вывернуться через горло. Он стиснул зубы. «Эрос» швыряло и выкручивало, но Бет удерживала курс. Их вжало в кресла.

– Останец! – вдруг вскрикнула она. – Твою мать!

– Что? – крикнул в ответ Абдус. – Что там?

Пауза.

– Все будет в порядке, – ответила Бет, насилу успокоившись. – Я справлюсь. Держитесь крепче, хлюпики. Кто-то должен был это заметить. Черт.

Бет говорила теперь сквозь сжатые зубы.

– Что?.. – прорезалась складка между бровей Абдуса.

– Нет там никакой скалы. Это труба! Полая труба! Поверхность… я не вижу поверхности, она затенена, но до нее семь километров. – Тряска поутихла. – Не хотела бы я спалить все топливо. Остается надеяться, что у этой трубы есть дно и что она не заканчивается, скажем, в лесу. Абдус, можешь подсветить мне путь радаром?

У Клиффа пересохло в горле. Он каркнул:

– Дно? А какие еще могут быть варианты?

– Ну, у трубы может не оказаться дна. Вдруг она проходит через весь Кубок мира – и в космос?!

– Что?! – выговорил Абдус. Глаза его закатились, радужек почти не было видно.

– Я так думаю, что эта труба проходит насквозь. Им так проще, чем лететь вокруг Чаши. – Бет указала на перетасованную колоду спектрограмм. – В полном спектре она именно так и выглядит. – На некоторых спектрограммах через трубу проглядывали звезды.

– И?

– Мы могли бы пролететь в эту трубу. Что там на радаре? Посчитай угол.

Абдус кивнул и подтянул к себе планшет. С него катился пот.

– Ну, – сказал Клифф, – ничего же страшного, «Искательница» нас подберет.

– В том случае, – отозвалась Бет сдавленным голосом, – если на полпути трубу не законопатят.

– Здесь есть дно, – сказал Абдус. – Сама глянь. Радар показывает, что это дно искривлено. – Двигатель снова рыкнул, а челнок скрипнул и застонал. Клифф не отваживался заговорить. Если кому сейчас и надо было выговориться, так это Бет, иначе у нее сдадут нервы.