Мякин остался совсем один, как всегда невыспавшийся, с шумом в голове. Через час принесли завтрак: каша, варёное яйцо, чай, хлеб. Потом, уже после девяти часов, появились седой доктор с молодой помощницей. Доктор осмотрел Мякина, молоточком постучал по его коленкам, заставил Мякина следить глазами за докторским пальцем и в конце осмотра спросил:

— Как прошла ночь?

— В диспуте, — ответил Мякин.

Доктор удивился, взглянул на помощницу, та что-то тихо сказала ему.

— Ах да, — ответил доктор. — Беспокойный был пациент.

Мякин подумал про себя: «Так просто: “беспокойный был пациент”», — и спросил:

— От чего он умер?

Доктор задумался и уклончиво ответил:

— Помимо всего, сердечко у него пошаливало.

Мякин в знак понимания кивнул.

— Итак, — продолжил доктор, — мы вас всесторонне обследуем — посмотрим, что же у вас за причина такая бессонницу вызывает? Я думаю, недельки за две управимся.

— Что вы имеете в виду, когда говорите: «управимся»? — недоверчиво спросил Мякин.

Доктор по-дружески улыбнулся и ответил:

— Вы, наверное, волнуетесь. Так я вам отвечу, что ваша бессонница лечится. Это не такая уж страшная болезнь. Сдадите анализы, получите квалифицированное лечение, а по поводу времени я сейчас точно вам не отвечу.

Доктор обратился к помощнице и дал ей указание:

— Пока пациент обследуется, подберите ему нечто успокаивающее для сна, расслабляющее. Да, кстати, нового соседа ему поселите поспокойней, без диспутов.

Доктор собрался уходить и машинально спросил:

— Какие будут к нам вопросы? Может быть, пожелания?

— Пожелания? — ответил Мякин. — Пожелания будут. Он осмотрел палату и сказал: — Здесь у вас тюрьма какая-то. Выйти погулять нельзя. Дверь постоянно закрыта. Очень мрачно. Голые деревья и забор. Плюс решётки на окнах.

Доктор вопросительно посмотрел на помощницу, а та, в свою очередь, пожала плечами и ответила:

— Просили же покомфортнее, и чтоб соседей немного.

Доктор покачал головой и заметил:

— Может быть, перевести пациента к тихим — там у них всё открыто и веселей будет?

— У тихих по пять человек в палате, — ответила помощница. — Не знаю, согласится ли он.

— Он согласится, если можно гулять, — ответил Мякин.

— Ну что ж, тогда сегодня же переведите его, — приказал доктор.

В другую палату Мякина переселили только после обеда, а до обеда его водили по кабинетам и исследовали. Рентген, томограф и ещё какие-то незнакомые приборы изучали его внутренности и голову. Все виды анализов крови и прочие заборы веществ, которые выдавал живой организм, прошёл Мякин за эти часы. Ему, в общем, понравилась эта исследовательская суета, которая происходила с ним, он даже пожалел, что согласился перебраться в другую палату, но время шло и, как только он проглотил обеденные блюда, к нему заявилась медсестра.

— Переезжаем, — безапелляционно объявила она. — Собирайте вещи.

Мякин быстро собрал свой скромный скарб, погрузил всё в мешок и произнёс:

— Я готов.

— Идёмте, — произнесла сестра и вывела Мякина в длинный коридор.

Через несколько минут он оказался на новом месте.

— С чем пожаловали? — спросил его весёлый старичок в серой пижаме.

Мякин присел на заправленную койку справа у двери и ответил:

— Вы имеете в виду недуг?

Старичок широко улыбнулся, его карие глаза прищурились. Он вскочил со своей кровати и, присев рядом с Мякиным, произнёс:

— Разрешите представиться: Профессор икс. А кто вы, то есть с кем имею дело?

Мякин ответил:

— Мякин.

— Просто Мякин? — переспросил профессор.

— Просто Мякин, — подтвердил Мякин.

— Странно, — произнёс профессор. — Мякин — это что, псевдоним?

— Что ты пристал к человеку? — проворчала угрюмая личность у окна. — Тебе же ответили: «Просто Мякин». Чего тебе ещё надо?

— Ничего мне не надо, — обиделся профессор.

— Если ты думаешь, что ты профессор и тебе всё можно, то ты ошибаешься, профессор, — продолжил угрюмый. — Вот возьми меня, инструментальщика пятого разряда. Я в своём деле тоже профессор, но я же не лезу к каждому, а тихо себе сижу.

— Я профессор, — ответил профессор. — У меня труды есть, а у вас, позволю вам заметить, одно железо!

— Всё это игра, — вмешался в спор седой мужчина средних лет. — Вы все большие лицедеи. Притворяетесь кем-то, а кто вы на самом деле, только один доктор знает.

— Доктор знает, — согласился толстый слева у стены. — Только одно следует понять: где-то прибудет — это дебет, а убудет — это кредит. Баланс следует соблюсти.

— Вы бухгалтер. Вам научная мысль неподвластна, — встрепенулся профессор. — Вам только бы циферками манипулировать.