«Да и хрен бы с ним, не детей крестить!
– фыркнул про себя Дмитрий, когда мечник сорок первого уровня вновь бросил на него высокомерный взгляд, — Пусть в лагере сидит, пока я стрелков Юлиуса буду к алтарю водить. Вот только две дюжины, да двое моих — до темноты бы управиться.»

Зельевар со своим наставником вновь собрались идти за растениями, что растут недалеко от центра пробоя иной системы и Дмитрий выделил им двоих воинов в сопровождение, но Логунов чуть мотнул головой намекая на приватный разговор. Вначале, Олег расспросил его как там дела в институте, какие новости. Огорчился, что зарубили финансирование поисковых групп, а потом, когда Дмитрий сказал ему, что приехали они сюда на машине и спрятали ее всего в пятнадцати километрах от центра, попросил Дмитрия взять его с собой в Асино.

— Хочу Арсения повидать, пообщаться с другом — много чего рассказать есть, да и не видел его уже давно.
– он усмехнулся, — По русским людям соскучился, погостить недельку-другую в Асино, несколько статей научных в СоРан отправить, с ним, да Веруней его почаевничать, да, черт возьми — водки со старым другом выпить, былое вспомнить! Ну, а как, Дмитрий, снова соберешься на эту сторону, так и меня захватишь.

— Ладно, Сергеич, договорились. Только мы, после инициации в Катайгу к кетам собрались насчет Ишкаева поинтересоваться, а это ни много, ни мало, а сорок верст в одну сторону, куда тебе с твоей ногой такие переходы делать?
– а когда Логунов заметно приуныл, похлопал товарища по плечу и заверил, — Давай так сделаем — арбалетчиков бургграфа Юрген с одним из воинов проводит, а с вами три солдата останутся. Ты, Эмерик, Лотар, Гай и три дружинника, подождете меня несколько дней возле Белой скалы, там до Степановки пара километров. Если опасность какая, то на ту сторону к Максимкиной пристани переправитесь. А мы, как к кетам сходим, я за тобой к лагерю заверну. Договорились?

Поговорив и отдав бывшему заместителю директора института переданные для него Константиновым переведенные заметки из журналов, письма и полдюжины чистых общих тетрадей пошел в палатку к друзьям.

— Братцы, концепция поменялась, -чуть усмехнулся Ковалев вспомнив старый для родного мира анекдот, -сегодня вы отдыхайте в лагере, а я занимаюсь стрелками. Завтра утром местные снимаются в обратный путь, а мы втроем идем к алтарю, вы проходите инициацию и сразу, чтобы не возвращаться, идем на запад к поселению кетов.

По началу, его друзья общались лишь с Логуновым, но уже после обеда заметил, что они вместе с Гаем и Лотаром, сначала наблюдали за кружащими над алтарем серыми вивернами в мощные бинокли, а потом устроили стрельбы из лука и арбалета, и делали это с нескрываемым азартом. Ну чем бы дети не тешились… по крайней мере, сами себе занятие нашли.

Первым делом, когда сделал первый заход к алтарю — восстановил свою усиленную магией броню, но не на все сто процентов, а всего до девяносто шести, правда и потратил на это дело кристалл взятый с убитой собаки. Ну да, средний дымчатый, это вам не большой радужный кристалл выпадающий с магических животных. Снова вспомнились хвостатые ведьмы людоедки, у которых остался его рюкзак с очень ценным хабаром.

«Ладно, Эрвин обещал помочь с ними разобраться, так что еще поквитаемся!» -подумал Дмитрий.

Он снова придирчиво оглядел куртку и толстую многослойную кирасу -нет, все равно по сравнению с зашарканной, местами пробитой и прожженной, броня вновь стала почти новой — черной, отливающей матовым блеском, настоящим шедевром магического искусства.

День прошел в трудах, аки у пчелки — последнего стрелка бургграфа привел от алтаря к лагерю уже в быстро сгущающихся сумерках. Сам, наскоро выпил травяного взвара отказавшись от мясной похлебки и завалился в шатре на приготовленное его товарищами место.

«Ну, что часть дела сделано, по крайней мере, я свои договоренности выполнил, теперь дело за бургграфом. Надеюсь, он уже приготовил золотые монеты?» -подумал Ковалев проваливаясь в сон.

На рассвете сборный отряд собирал небольшие походные шатры и готовился совершить переход к Кети, где на берегу их дожидались большие плоты. Дмитрий отозвал в сторону Логунова.

— Ну что, Сергеич, не передумал, с нами решил ехать? Только как ты со своей ногой, вам сейчас до Белой скалы дюжину кэ-мэ топать, а потом, через несколько дней, до Степановки еще и до нашей машины полтора десятка, потянешь?

— Нормально, все же магическое лечение бесследно не проходит, нога не болит ночами, да и почти не хромаю.
– похлопал себя по коленке Логунов, — Да и друга своего, Арсения повидать хочется, много есть о чем поговорить. Опять же материала у меня, на полдюжины научных статей хватит. Поработаю в институте недельку — другую, а там как ты снова в свой феод соберешься, так и я с тобой.

— Договорились, Сергеич! Вы тогда разделяйтесь, я Юргену скажу, чтобы с арбалетчиками бургграфа пару человек отправил, а сам с несколькими воинами с вами останется. С ним вам надежнее будет. Встанете лагерем у Белой скалы и меня ждите, думаю дня три — четыре и мы из Катайги вернемся. Договорились?

— Эх, с вами бы туда сходить, -вздохнул бывший замдиректора, -если Ишкаев там прячется, так в глаза этому выродку глянуть!

— Сергееич, до туда сорок верст топать, побереги себя! Да и что толку в глаза темному магу или некроманту смотреть? Тьма, хаос и безумие! Сам же говорил, как магия влияет на человека и меняет его разум. Нам бы его пристрелить по-быстрому, чтобы больше проблем не создавал, да обратно двигать.

— Кстати, Риана про тебя спрашивала, скучает девка, охмурил и бросил!
– попенял ему Логунов напоследок.