Смит вместе с дежурным офицером вошел в лифт. Пока кабина поднималась, он мысленно повторил сведения о Кирове и его помощнице Телегиной, которые ему сообщила Рэнди.

Киров представлялся ему солдатом, сумевшим шагнуть из прошлого в будущее. Воспитанный при коммунистах, он отличился в боях в Афганистане, «русском Вьетнаме». Впоследствии он связал свою судьбу с реформаторами. Как только в стране установилась хрупкая власть демократии, начальство Кирова вознаградило его высоким постом в только что созданной ФСБ. Реформаторы стремились уничтожить КГБ, преследуя консерваторов в его рядах. Единственными людьми, которым можно было доверить чистку, были испытанные в боях военные, такие, как Киров, чья верность обновленной России не вызывала сомнений.

И если Киров представлял собой мостик в будущее, то Лара Телегина была надеждой этого самого будущего. Получив образование в России и Англии, Телегина принадлежала к новому поколению российских технократов: она знала языки, была практична и деловита, разбиралась в тонкостях Интернета и «Windows» лучше большинства жителей западных стран.

Но Рэнди подчеркнула, что в делах, связанных с национальной безопасностью, русские по-прежнему отличаются скрытностью и подозрительностью. Они могут бражничать с тобой всю ночь напролет, поверять тебе самые интимные тайны из своей жизни. Но заданный не к месту щекотливый вопрос воспринимался как оскорбление, а о взаимном доверии больше не могло быть и речи.

«„Биоаппарат“ и есть такой щекотливый вопрос, – думал Смит, входя в кабинет Кирова. – Если генерал неправильно поймет мои намерения, меня еще до утра посадят в самолет и отправят восвояси».

– Доктор Джон Смит! – загремел в кабинете голос генерала. Он вышел навстречу гостю и пожал ему руку. Перед Смитом стоял высокий мужчина с выпуклой грудью, густыми серебристыми волосами и лицом, которое достойно смотрелось бы на древнеримской монете. – Рад вновь встретиться с вами, – произнес Киров. – В последний раз мы виделись… в Женеве пять лет назад. Верно?

– Именно так, генерал.

– Позвольте представить вам моего адъютанта. Лейтенант Лариса Телегина.

– Приятно познакомиться, – сказала Лариса, откровенно разглядывая Смита и явно одобряя то, что предстало ее взору.

– Мне тоже, – ответил Смит.

Он подумал, что со своими зелеными глазами и волосами цвета воронова крыла Лариса Телегина являет собой типичную искусительницу из русской сказки девятнадцатого века, сирену, способную свести в могилу самых разумных и добродетельных мужчин.

Киров указал на буфет.

– Не желаете ли освежиться, доктор?

– Нет, спасибо.

– Отлично. Коли так, я задам вопрос, столь любимый вами, американцами: а что у вас на уме, доктор Смит?

Смит посмотрел на Телегину.

– Не хочу вас обидеть, лейтенант, но речь пойдет о строго секретных вещах.

– Я и не думала обижаться, доктор, – невыразительным тоном ответила Лариса. – Однако я имею доступ к самым конфиденциальным материалам, вроде тех, что находятся в ведении вашего президента. К тому же, как я понимаю, вы прибыли сюда в неофициальном качестве. Я не ошиблась?

– Я всецело доверяю лейтенанту, – вмешался Киров. – Можете говорить совершенно свободно.

– Так и быть, – согласился Смит. – Полагаю, наша беседа не записывается и это помещение защищено от прослушивания.

– Разумеется, – заверил его Киров.

– Я хотел бы поговорить о «Биоаппарате», – сказал Смит.

Запретное слово вызвало именно ту реакцию, которой он ожидал: настороженность и пристальное внимание.

– Почему он вас интересует, доктор? – спросил Киров.

– Генерал, у меня есть серьезные основания полагать, что в службе безопасности этого предприятия имеется слабое звено. И даже если материал еще не покинул стен лаборатории, нам известно о намерении похитить некоторые из хранящихся там образцов.

– Это попросту смешно! – отрывисто бросила Телегина. – Система охраны «Биоаппарата» – одна из лучших в мире. Нам уже доводилось выслушивать подобные обвинения, доктор. Давайте говорить прямо: на Западе нас считают кем-то вроде озорных школьников-переростков, которые балуются опасными игрушками. Это оскорбительно и…

– Лариса!

Голос Кирова был негромким, но в нем безошибочно чувствовался металл.

– Не сердитесь на мою помощницу, доктор, – продолжал он. – Ларисе неприятно, что Запад пытается занять по отношению к нам снисходительную, покровительственную позицию. Иногда это бывает именно так, вы согласны?

– Генерал, я пришел не для того, чтобы критиковать ваши меры безопасности, – сказал Смит. – Я не пустился бы в такой долгий путь, если бы не был уверен, что вы оказались в крайне трудном положении, и если бы не надеялся, что вы хотя бы выслушаете меня.

– Что ж, переходите сразу к этим «трудностям».

Смит собрался с мыслями и глубоко вздохнул.

– Вероятнее всего, похитители нацелились на культуру оспы.

Киров побледнел.

– Абсурд! Никто в здравом уме не осмелился бы на такое!