— Вера, успокойся, ты перенервничала. Так не бывает, чтоб выхода не было.

— Правильно, выход есть всегда. — Вера достала мобильный телефон. — Алло, Олег, ты где?.. Нет, я с тобой не мирюсь… Пулей сюда, Третий Казарменный, двенадцать, склад номер семнадцать. Я не шучу. Такой адрес. Меня здесь заперли… Что?.. А-а, правильно сделали?

Вера устало опустилась на большой деревянный ящик. На торце красным фломастером было накарябано: «Бычки в томате».

Галина Васильевна никак не могла успокоиться. Она то ходила по комнате из угла в угол, то присаживалась на стул:

— Господи, Лена, зачем я вас только послушала? Как вы не можете понять: не хочу я с ней встречаться. Не хочу.

— Галина Васильевна, — Лена уже знала, как разговаривать с клиенткой. Главное — набраться терпения и гнуть свою линию. — Нет, это вы поймите, ваша позиция неконструктивна.

— Но мне не о чем с ней говорить.

— Галина Васильевна, это позиция страуса — голову в песок.

— Не хочу не то что с ней разговаривать, я видеть ее не хочу.

— А суд? — Лена склонилась над ней. — Что же вы, явитесь в суд с повязкой на глазах? Так там уже есть одна такая, Фемидой зовут.

Галина Васильевна обреченно вздохнула.

— Господи, что же будет?

— Первый шаг вы уже сделали — позвонили.

— Как я с ней говорила, на ваш взгляд со стороны, — ничего или…

— Вы молодец. Говорили спокойно, предельно вежливо, вот и продолжайте в таком же стиле. Вам надо попытаться договориться с ней на берегу, по-хорошему. Не в судебном порядке, а в приватном, понимаете?

Лена обошла стол, за которым сидела Галина Васильевна, встала у нее за спиной, вынула что-то из портфеля и, прикрыв листом бумаги, положила на этажерку.

— А когда мне вам позвонить?

— Звонить мне не надо, я буду рядом. — Лена щелкнула замком портфеля и вышла на середину комнаты.

— Как рядом? — с изумлением переспросила Галина Васильевна.

— Рядом — это во дворе. Как только она уйдет, я тут же к вам. Надеюсь, вы в этой комнате будете с ней разговаривать? — В голосе Лены прозвучала едва заметная тревога.

— Ну не на кухне же.

— Вот и чудненько! Где, как не за этим круглым столом, вести мирные переговоры. Я пошла, ни пуха!

Галина Васильевна встала, обвела взглядом комнату. Подошла к шкафу, вынула праздничную скатерть, постелила на стол. Взяла с этажерки вазу с цветами, но, передумав, поставила обратно. Раздался звонок. Она вздрогнула. Медленно подошла к двери, открыла.

На пороге стояла красивая дама, блондинка. Глаза серо-зеленые, лицо холеное, ухоженное, взгляд глубокий. «А глаза грустные, — отметила Галина Васильевна. — Из-за Володи или они у нее все время такие?» Она встречала людей с грустными глазами.

Анна Федоровна не любила, когда ее с кем-нибудь сравнивали. Она должна была быть одна такая, единственная и неповторимая. Но, разглядывая свою визави, она отметила: «А все-таки Володя был прав, сходство у нас есть».

— Он всегда говорил, что мы похожи… — сказала она, входя в квартиру, — один тип лица.

— Ну не знаю… не думаю… проходите… — Галина Васильевна посторонилась, пропуская гостью. — Вот здесь мы и живем. Как сказал один мой знакомый: «Не Версаль!».

«Это уж точно», — оглядев комнату, мысленно согласилась Анна Федоровна. А вслух сказала:

— Володя не единожды предлагал вам деньги, — она присела на предложенный ей стул. — Вы неизменно отказывались.

— Значит, он говорил вам об этом?

Галина Васильевна тоже присела и, не отдавая отчета своим действиям, начала разглаживать несуществующую складку на скатерти.

— Конечно. У него вообще не было от меня секретов. Он часто говорил о вас.

— Я была уверена, что забыл.

— Он помнил вас. Однажды он даже… назвал мне истинную причину вашего развода, не пощадив при этом и себя.

— Неужели?

— Вы ведь учились вместе. На одном курсе. Володя сказал, что вы ушли из института, устроились в конструкторское бюро чертежницей. Поставили крест на своей карьере. Это была жертва. Ваша жертва.

— И он нашел оптимальный выход — бросил меня и Сашу.

Анна Федоровна не считала нужным и дальше обсуждать дела давно минувших дней. Настоящее тревожило ее куда больше.

— Так о чем же вы хотели со мной поговорить? — по-деловому спросила она.

— О Володином завещании. — Голос Галины Васильевны дрогнул. — Саши нет в числе наследников, думаю, это несправедливо.