Вел старшина машину не дрогнувшей рукой, он не обращал внимание на дорожную обстановку, если на дороге попадалось препятствие и их можно было не объезжать, то Папаша так и делал. Я в его стиль езды не лез, понимая, что каждый должен заниматься своим делом. Так же я не пресекал ворчание и матерный бубнеж водителя, понимая, что он таким образом выпускает пар. Тем более, что во всем, что ворчал себе под нос старшина он был прав.

– ГэБэ, – вызвал я по рации Баранова.

– На связи, – отозвался старлей.

– Притормози, мы вас обгоним, пойдем первыми, – приказал я. – Все наши маневры повторять четко и быстро. Скорость не снижать, если будут бросаться под колеса, делать, как только что сделал старшина. Ясно? Птица ты все слышал? Скоро будет поворот направо, не прозевайте.

– Так точно, товарищ майор, – тут же доложил старший сержант Птицын.

– Плюс! – лаконично ответил Баранов.

Общались мы между экипажами наших машин по цифровым «коротким» рациям, коих было заранее припасено в количестве десяти штук. Я же, в отличие от многих вышестоящих командиров российской армии знал куда мы направляемся, поэтому и озаботился, чтобы у моей группы была защищенная от прослушивания связь.

– Старшина, сейчас прямо по проспекту, вон, заправку видишь? Перед ней будет съезд направо, метров сто и сразу же въезд в гаражный кооператив, проходим по дороге вдоль кооператива, а там уже рукой подать до нужного места.

– Понял, майор, – буркнул Шушин.

В конце февраля темнеет рано, особенно если небо затянуто дымом от пожаров и низкими, снежными тучами. Город притих и затаился, как дикий загнанный раненый зверь, который обезумел от боли и готов кинуться на каждого встречного, даже на увешенного оружием охотника. Хотя, кто тут еще охотник, а кто жертва надо разобраться. Это нас сейчас травят, обкладывая со всех сторон и постепенно загоняя на «номера».

Местные опознали в наших машинах российские броневики, спрятанные под слоем краски и грязи Zетки – хреновая маскировка. Военные ВСУ, нацики из «Фрайкора», тероборона, полицейские, да и просто местные жители за три дня войны уже научились различать нашу технику и без всяких опознавательных знаков понимали, что перед ними российские бронеавтомобили «Тигр», «Тайфун» и БТР-82.

За нашими машина не небольшом расстоянии шла целая колонна разномастных легковушек, набитых вооруженными не только огнестрельным оружием, но и различными битами, арматурами и бутылками с зажигательной смесью, людьми. Среди них были не только парни и мужики приличного возраста, но даже и молодые девушки.

Некоторые из загонщиков вели стримы в прямом эфире сообщая о перемещениях нашей колонны, я следил за этими стримами, будучи зарегистрирован в местных, харьковских пабликах.

В Харькове я был много раз, причем не только по служебной необходимости, но и просто так, ради развлечения. Особенно часто я сюда ездил в прежние годы студенческой юности. В Украине цены всегда были дешевле, девчонки красивее, а люди отзывчивее. На сто долларов здесь можно было шикарно погулять, а если у тебя в кармане сумма больше, то и отдых был круче. Эх, были времена, я был молод и горяч, весь мир был у моих ног…

Мог ли я подумать, что спустя десять лет окажусь в Харькове в роли то ли освободителя, то ли захватчика. Но сейчас я сижу внутри бронеавтомобиля, у которого на крыше установлен крупнокалиберный пулемет «Корд», а позади нас идет еще один бронеавтомобиль и БТР с боевой башней в которой установленная 30мм пушка. Zетки на броне мы закрасили, но местные все равно понимают, что мы россияне. Понимают и активно препятствуют нашему движению.

Харьковчане не встретили российских военных цветами и радостными криками приветствий. Хотя в том же 2014 году Харьков играл значительную роль в протестных событиях на Украине. Тот же самый Павлов, известный всему миру, как Моторола в Харькове принимал участие в событиях на улице Рымарской 14 марта 2014 года, тогда дело дошло до стрельбы между активистами Антимайдана и нациками из группы Билецкого, который потом возглавлял батальон «Азов». Видимо командование российских войск несмотря на все отчеты, которые к ним поступали и здравую логику, которой они должны были руководствоваться при планировании операции, решили, что харьковчане поступят в феврале 2022 года так же, как поступили в феврале 2014 года, когда массово поддерживали Россию и на митингах голосовали за отторжение от Украины и создании ХНР, которая потом должна была войти в состав Российской федерации.

Но в феврале 2023 года этого не произошло и не могло произойти, при всех раскладах, как ни планируй, как ни крути карту города, а харьковчане не встретили бы российских военных с распростёртыми объятиями. Хотя, нет, один все-таки вариант развития подобных событий мог бы быть. Причем, самое удивительное, что этот вариант развития событий, а точнее детальный план был изложен лично мной на шести листах убористого машинописного текста.

Если в двух словах, то суть, следующая: перед началом вторжения на Украину, а точнее, перед заходом наших войск в Харьковскую область надо было нанести превентивный удар по месту скопления националистов, коих в Харькове за последние десять лет расплодилось видимо-невидимо. Их тут столько стало, что, они перестали быть меньшинством, как на всей остальной Украине. Бывший глава МВД Аваков, он же бывший прибандиченный харьковский коммерсант, который с лёгкостью убивал своих партнёров по бизнесу, он же один из главных бенефициаров госпереворота в 2014 году, он же основатель добробатов, которые пошли без малейшего зазрения совести убивать жителей Донбасса, грабить, насиловать и мародерить. Один полк Азов чего стоит! Многие, почем-то считают, что «Азов» образовался в Мариуполе, но это не так. «Азов» появился в Харькове, и его бессменный командир Билецкий родился, крестился и женился в Харькове.

Бывших АТОшников Арсен Аваков пристраивал в гражданские структуры, типа Национального Корпуса, во главе которого в Харькове Аваков поставил реального отморозка Костю Немичева, физиономия которого смотрела с каждого билборда в городе Харькове. Что ещё делал Аваков, который считал Харьков практически своей собственностью? Он методично, в сговоре с местными властями заселял Харьков «патриотичной» нечистью – раздавал им бесплатное жилье по всевозможным программам, и вот уже жители харьковских новостроек заговорили с чудовищно не харьковским акцентом. Это уже были бойцы спящей армии Арсена Авакова, готовые в любой момент взять в руки оружие. И они его взяли, и стали за спинами мирных харьковчан. Им все равно, в кого было стрелять: в русских солдат или харьковчан, если бы те попробовали встретить русского солдата с цветами.